Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Образование независимых государств в Тропической Африке 6 страница



В первой половине XIX в. связь права США с общим правом на какое-то время стала ослабевать. Усилилось влия­ние передового и привлекательного для своего времени фран­цузского законодательства, которое все-таки не имело поч­вы в США, кроме как в бывшей французской колонии Луи­зиане.

В отдельных штатах (Кентукки, Нью-Джерси) даже запрещалось цитировать новые решения английских судов. Но в 20-30-е гг. в США сложилась собственная школа аме­риканских судей и юристов, тяготевших к английскому праву (Д. Кент, Д. Стори). Их трактаты по американскому праву сыграли важную роль в достижении единообразного пони­мания права в разных штатах.

Авторитет общего права в США вновь вырос и оста­вался на высоком уровне вплоть до гражданской войны. Этот период в истории прецедентного права американские юри­сты называют "золотым веком". С 1820 г. не без влияния английской практики в США началась публикация реше­ний американских судов.

Воздействие общего права на правовые системы шта­тов до конца XIX в. было достаточно глубоким. В XX в. за­конодательство существенным образом потеснило позиции общего права.

Прецедентное право вводилось и в новых штатах, об­разованных уже в XIX в. Например, Закон Канзаса 1868 г. говорил о действии общего права, поскольку оно "не изме­нено Конституцией и законами, судебными решениями и условиями жизни и потребностями народа".

Рецепция общего права в XIX в. имела место даже и в тех штатах, где ранее в силу исторических обстоятельств в той или иной мере применялось испанское (Флорида) или мексиканское (Техас) законодательство. Даже в Луизиане, воспринявшей наполеоновскую кодификацию, по образцу которой был составлен ГК 1825 г., правовая система в XIX- XX вв. испытала заметное влияние традиций общего права.

Хотя многие американские правовые институты явля­ются производными от английских, общее право в США не выступает лишь как простая разновидность или копия пра­ва Англии.

При всех генетических связях и структурном сходстве английского и американского права последнее в процессе исторического развития приобрело своеобразные и даже уникальные черты. Оно не восприняло некоторые англий­ские судебные решения, имевшие чисто средневековое происхождение (в области земельной собственности, наследо­вания и т. д.). Кроме того, в американском праве зародилось немало новых прецедентов (например, в праве корпораций, договорном праве), которые были ориентированы на само­регулирующиеся силы в экономике.

Прецедентное право США отличает как историческая связь с английским правом, так и значительная самостоя­тельная роль в системе общего права. Многие западные юри­сты считают необходимым различать две системы общего (прецедентного) права - английскую и американскую.

Нормы общего права в его буквальном, чисто англий­ском понимании применяются американскими судами в по­следнее время в сравнительно ограниченных сферах (на­пример, при рассмотрении обязательств из причинения вреда и т. д.). Но общее право в широком смысле слова, как "пра­во, созданное судьями" (judge-made law), сохраняет важное место в современной правовой системе США. Оно выступа­ет не столько как совокупность прецедентов, сколько как своеобразный судейский метод регулирования обществен­ных отношений, как особый стиль юридического мышле­ния, которому присуща высокая степень правотворческой активности судов.

В отличие от английского общего права, где действует жесткое правило прецедента, общее право в США не явля­ется по своей природе и характеру абсолютно застывшей, неизменной системой. Отход от принципа stare decisis име­ет место значительно чаще.

Суды федерации и штатов следовали решениям, выне­сенным более высокой инстанцией, но не считали себя свя­занными своими собственными решениями.

Казуальный характер права, складывающегося "от дела к делу", унаследован американским обществом еще от ко­лониальной эпохи. Он проявился в США в XIX-XX вв., как это ни кажется парадоксальным, значительно сильнее, чем в Англии - "родоначальнице" прецедентного права.

В США еще в колониальный период, т. е. значительно раньше, чем в Англии, произошло слияние общего права с правом "справедливости". Последнее было поглощено в по­давляющем большинстве штатов и в правовой системе федерации судами общей юрисдикции. Например, американские суды широко использовали в своей практике за­претительные приказы ("инджанкшн") - одну из право­вых форм, выработанных в системе "справедливости" на­ряду с другими процессуальными формами.

Таким образом, право справедливости и общее право составили в США единую систему казуального прецедент­ного права (case law).

В то же время в отличие от Англии в США общее пра­во не стало единым для всей страны и имеет существенные различия по штатам. С формально-логической точки зре­ния общее право в США никогда не было всеобщим, ибо оно применялось в различных штатах дифференцированно, по-разному конкретизировалось в судебной практике. Феде­ральное законодательство не инкорпорировало общее пра­во как таковое в систему федерального права, и лишь не­многие из действующих конституций штатов .прямо рассмат­ривают общее право как обязательное к применению в су­дах в случае отсутствия законодательства по какому-либо конкретному вопросу.

Формально в США нет и федерального общего права. Таковое не предусматривается и в тексте Конституции 1787 г. Но само развитие правовой системы в США вело к преоб­ладанию федерального права над правом отдельных шта­тов. Этому во многом способствовали решения Верховного суда, которые предусматривали, что суды в штатах долж­ны решать дела не просто в соответствии с Конституцией или законами штата, но и в соответствии с "верховным пра­вом страны" (ст. VI), т. е. с федеральным правом. Судебная практика по этому вопросу долго оставалась противоречи­вой.

Принципиальное значение для формирования федераль­ного общего права имело решение Верховного суда 1938 г. по делу Erie Railroad v. Tompkins. Это решение содержит основу для урегулирования отношений между общим пра­вом штатов и федеральным правом. В нем Верховный суд указал, что федеральные суды не могут создавать "незави­симый свод национальных доктрин в сфере общего торгово­го права", а должны в случае коллизии законов применять общее право штатов.

В 1972 году Верховный суд в одном из своих решений высказался о желательности формирования в практике низ­ших федеральных судов своего рода остова федерального общего права, уклонившись лишь от высказывания по во­просу о юридической силе решений нижестоящих федераль­ных судов для судов штатов. Последние считают, что они должны следовать только решениям Верховного суда США, а все иные решения рассматривать лишь как "убедитель­ные" (persuasive) или же как заслуживающие "уважитель­ного рассмотрения". Таким образом, федеральное общее право в XX в. имеет безусловную силу лишь в сфере дейст­вия федеральной юрисдикции, причем там, где (например, в делах об адмиралтейской юрисдикции) нет соответствую­щего законодательного акта конгресса и судебные споры разрешаются на основе норм, выработанных судебной прак­тикой.

Действие в США общего права является одним из фак­торов, затрудняющих кодификацию права. В некоторых его сферах (например, деликтная ответственность) сложная система прецедентов прямо препятствовала проведению кодификационных работ. Однако в XX в. предпринимаются попытки по систематизации общего права. Результатом та­кой работы стало подготовленное Институтом американского права (негосударственной организацией) многотомное изда­ние "Обновленное изложение права", впервые вышедшее в свет в 1952 г. В этом издании дается систематизированное изложение обработанного американского общего права..

Систематизации подверглись главным образом те пра­вовые институты, которые слабо урегулированы законода­тельством: гражданские деликты, договоры, коллизия за­конов, доверительная собственность и т. д. Это издание не является официальным, но пользуется большим авторите­том у американских судей, которые используют ссылки на него в судебных решениях.

История законодательства в XIX-XX вв.США не знали в своей истории такого периода, когда право создава­лось бы исключительно с помощью судебных решений. Даже в колониальную эпоху и в первые послереволюционные де­сятилетия основу правовой системы составляли законы.

Важным этапом в развитии законодательства стало принятие писаных конституций в штатах и федеральной Конституции в 1787 г. Введение в действие писаных кон­ституций стало одним из главных факторов, ведущих к уг­лублению различий между правом США и английской пра­вовой системой, построенной на неписаной конституции.

На базе Конституции США 1787 г. в XIX-XX вв. сло­жился своеобразный правовой институт (судебный консти­туционный контроль). Этот институт имел своим результа­том не только толкование конституционных положений Вер­ховным судом США, но и признание большого числа зако­нов штатов и Конгресса неконституционными, а поэтому недействительными, т. е. не имеющими юридической силы.

Доктрины Верховного суда (прецеденты толкования) повлияли существенным образом на содержание как дейст­вующей Конституции США, так и текущего законодатель­ства. Многие понятия конституционного законодательства ("междуштатная торговля", "полицейская власть", "совпа­дающая юрисдикция" и т. д.) были введены в конституцион­ный и законодательный оборот не Конгрессом или легисла­турами штатов, а Верховным судом США.

В США в XX в., прежде всего во второй его половине, законодательные источники права все в большей степени играют первенствующую роль в правовых системах штатов и федерации. В течение всей истории США, но особенно с "нового курса" Ф.Д. Рузвельта Конгресс и легислатуры шта­тов осуществили интенсивную деятельность по изданию законов (статутов и т. д.). Ежегодно Конгресс принимает от 300-400 до 900, а легислатуры штатов - от 10 тыс. до 30 тыс. законодательных актов.

США не избежали общей для подавляющего большин­ства стран Запада тенденции к кодификации законодатель­ства, в том числе и кодификации общего права по отдель­ным штатам. Еще в 1796 г. в штате Вирджиния был принят уголовный кодекс, подготовленный Томасом Джефферсоном.

В отличие от Англии в США по отдельным штатам с 20-х гг. XIX в. проводились определенные работы с целью систематизировать и кодифицировать право. В штате Нью-Йорк с 1828 г., а в других штатах позднее стали периодиче­ски издаваться официальные сборники (компиляции) зако­нодательства штата.

В 1848 году благодаря усилиям известного американ­ского юриста Д. Филда в штате Нью-Йорк были приняты кодексы гражданского и уголовного судопроизводства, ко­торые затем послужили образцом для других штатов. По проекту Филда (с небольшими изменениями) был принят в 1872 г. Гражданский кодекс Калифорнии. Во второй половине XIX в. во многих штатах были разработаны и уголовные кодексы (в Калифорнии в 1872 г., в Нью-Йорке в 1881 г. и т. д.). Все эти кодексы были построены главным образом на об­щем праве.

Но даже в штатах с частично кодифицированной сис­темой права кодексы не заняли авторитетного места в сис­теме источников права, как это можно видеть в странах континентальной правовой системы.

В глазах американских юристов и судей "кодификация в известном смысле всегда была иллюзией", поскольку не кодексы и законы, а именно судебное право является той доминантой, которая определяет особенности, "лицо" пра­вовой системы США.

С конца XIX в. в связи с потребностями американского общества, и прежде всего предпринимательских кругов, осо­бенно заинтересованных в единообразии правовых норм по всей стране, в США начинается движение за унификацию права в штатах. С этой целью в 1889 г. был создан специаль­ный комитет, который разработал проекты некоторых уни­фицированных законов (по продаже товаров, торговым бу­магам и т. д.), связанных главным образом с регулировани­ем торговли, и рекомендовал их к принятию легислатурами штатов.

В 1892 году была создана Национальная конференция уполномоченных по унификации права штатов, которая ре­комендовала штатам одобрить около 200 проектов законов преимущественно по торговому праву. В числе этих актов в 1952 г. к принятию штатами был рекомендован Единообраз­ный торговый кодекс (ЕТК).

Потребности унификации торгового права были столь велики, что практически все штаты ввели ЕТК в действие. Этот Кодекс (с последующими поправками и изменениями) не был официально принят только в штате Луизиана, хотя некоторые его разделы действуют уже и там.

В XX в. проявилась потребность проведения кодифи­кационных работ и в сфере федерального права. В 1909 г. был принят федеральный Уголовный кодекс, который ох­ватил сравнительно узкий круг вопросов, отнесенных Кон­ституцией США к ведению федерации (государственная измена, подделка валюты, пиратство и некоторые дру­гие).

Быстрый рост числа федеральных законов и актов деле­гированного законодательства сделал необходимым в XX в. проведение крупномасштабных работ по систематизации и ревизии федерального законодательства. В 1926 г. был со­ставлен, периодически обновляется и один раз в шесть лет переиздается федеральный Свод законов. Он включает 50 разделов. Каждый раздел связан с определенной сферой правового регулирования (например, "промышленность и торговля", "сельское хозяйство" и т. д.) или с конкретной отраслью и институтом права.

Некоторые разделы представляют собой инкорпора­цию (с частичными изменениями и дополнениями) дейст­вующего законодательства. Другие составлены как коди­фицированные разделы, в которых осуществлены пере­смотр и упорядочение отдельных отраслей законодатель­ства. В штатах на основе так называемых единообразных или "примерных" кодексов (например, Единообразного торгового кодекса) происходит унификация права в тех сфе­рах общественной жизни, к которым непосредственную за­интересованность проявляют прежде всего предпринима­тельские круги.

История гражданского права и правовое регулирова­ние предпринимательства в США. В США гражданское право на протяжении всей его истории, по существу, скла­дывается из отдельных важных правовых институтов - право корпораций, договорное право, собственность и т. д.

Регулирование гражданско-правовых отношений в ос­новном входит в компетенцию отдельных штатов, в некото­рых из которых, как было сказано выше, приняты граждан­ские кодексы (Калифорния, Монтана и др.). Федеральное законодательство даже в XX в. лишь частично затрагивало гражданско-правовые отношения в общем контексте воз­росшего федерального регулирования экономики.

Большие изменения в истории гражданского права США претерпелоправовое положение лиц как физических, так и, особенно, юридических.

На юридический статус физических лиц значительное влияние долгое время оказывало законодательство, касаю­щееся правового положения темнокожего населения, име­нуемого в Конституции 1787 г. "прочими лицами". До граж­данской войны негры-рабы вообще не обладали правосубъектностью.

Во второй половине XIX в. - первой половине XX в. формальное освобождение негров и предоставление им прав гражданства еще не означало ликвидации их дискримина­ционного статуса (в том числе в сфере имущественного обо­рота). Известное решение Верховного суда конца XIX в., поддержавшего систему сегрегации белых и черных на ос­нове доктрины "раздельных, но равных прав", вело к от­крытому ущемлению гражданской правосубъектности негров.

Только во второй половине XX в. благодаря серии ре­шений Верховного суда США, пересмотревшего свою бы­лую позицию, а затем и некоторым законам Конгресса о гражданских правах (60-70-е гг.) в американском общест­ве проблема установления равенства темнокожих амери­канцев и реализации ими гражданских (в том числе имуще­ственных) прав в основном была решена.

В середине XX в. были смягчены также ограничения, которые не давали в полной мере "равной защиты законов" (XIV поправка к Конституции), в том числе в гражданском обороте для замужних женщин, иммигрантов. Был пони­жен также возраст, с достижением которого связывалось приобретение полной гражданской правоспособности и дее­способности.

Но наиболее существенные экономические и социаль­ные последствия были связаны с развитиемправового ста­туса юридического лица. В США, как и в Англии, нет осо­бой общетеоретической конструкции "юридическое лицо" и в качестве такового выступает корпорация. Предпринима­тельские корпорации в США по сути дела являются анало­гом акционерного общества.

Сама юридическая техника конструирования корпора­ции с некоторыми модификациями позаимствована право­вой системой США из английского общего права.

С самого начала законодательное регулирование дея­тельности корпораций в США было достаточно либераль­ным и ограничивалось лишь тем, что штаты и в редчайших случаях федерация издавали акты, предусматривающие общие условия организации и деятельности корпоративных объединений.

Любая группа лиц-учредителей, формально согласных с этими условиями, после подачи ими соответствующего заявления регистрировалась в специальном реестре. Она получала права так называемой инкорпорированной корпорации в явочном порядке.

Верховный суд США еще в 1819 г. сформулировал неко­торые важнейшие принципы, определившие правовое поло­жение корпорации: "Корпорация является искусственным соз­данием, невидимым, неосязаемым, существующим только в предположении права, она владеет только теми свойствами, которые или ясно предоставляет ей создающий ее устав или которые свойственны самому ее существованию".

После окончания гражданской войны и последовавше­го за ней промышленного бума суды в своих решениях не­однократно заявляли, что корпоративная хартия (устав) является договором между штатами и соответствующим юридическим лицом, а поэтому не может изменяться вла­стями штата ни под предлогом реализации полицейской власти, ни со ссылкой на право устанавливать налоги.

В XX в. предпринимательские корпорации в силу про­цесса обобществления производства, концентрации и цен­трализации капитала заняли господствующие позиции практически во всех отраслях американской экономики. Так, в последней четверти XX в. в США насчитывалось свыше 2 млн. предпринимательских корпораций (акционерных об­ществ).

С конца XIX в. и особенно в XX в. значительное разви­тие получило самокорпоративное (акционерное) право США. Правовое положение предпринимательских корпора­ций устанавливалось и устанавливается главным образом законодательством отдельных штатов.

Федеральные власти воздействуют на предпринима­тельскую деятельность корпораций главным образом кос­венно (антитрестовское законодательство, налоговое зако­нодательство, законы о выпуске и о контроле за обращени­ем ценных бумаг и т. д.).

Немаловажную роль в становлении и развитии корпо­ративного права сыграло судебное прецедентное право. Но затем, особенно в XX в., решающую роль в развитии корпо­ративного права стало играть законодательство отдельных штатов.

В настоящее время в каждом из штатов действуют свои собственные законы о корпорациях как общего характера, так и относящиеся непосредственно к предпринимательским корпорациям.

В XX в. Ассоциация американских адвокатов подгото­вила Примерный закон о предпринимательских корпораци­ях, который не являлся юридическим актом, но получил, тем не менее, широкое признание деловых кругов США. По его образцу были составлены законы о корпорациях в 35 штатах.

Среди законов отдельных штатов, принятых в послед­ние десятилетия, по своему содержанию и юридической форме особо выделяются Общий закон о корпорациях шта­та Делавэр 1967 г., Закон о предпринимательских корпора­циях штата Нью-Йорк 1963 г., Общий закон о корпорациях штата Калифорния 1977 г.

Стремясь привлечь большие капиталы, отдельные шта­ты нередко просто соревнуются в выработке законодатель­ства, создающего благоприятные условия для регистрации и полной свободы деятельности корпораций (юридических лиц). В конце XIX в. среди таких штатов на первое место выходит штат Нью-Джерси, где были инкорпорированы наи­более крупные акционерные общества США того времени.

Во второй половине XX в. на первое место среди шта­тов, имеющих либеральное законодательство о корпора­циях, выходит штат Делавэр. Из 500 корпораций-гигантов США 200 инкорпорированы в этом штате.

Удобным, а поэтому привлекательным для корпораций в законодательстве Делавэра является то, что оно преду­сматривает широкие возможности для распределения при­былей и выплаты дивидендов.

Большая свобода деятельности директоров, предостав­ленная законодательством Делавэра, сопровождается ми­нимальным государственным контролем со стороны властей штата.

Законодательство о корпорациях в США создало бла­гоприятные условия для инициативных и имеющих необхо­димые капиталы предпринимателей. При заранее предпо­лагаемых размерах возможного финансового риска они по­лучили стимул искать наиболее выгодные сферы бизне­са. Такое законодательство благоприятствовало организа­торам корпораций (в некоторых штатах допускаются кор­порации, состоящие из одного лица) в достижении большо­го производственного и финансового успеха, установлении контроля за целыми отраслями экономики.

В XX в. законодательство штатов о предприниматель­ских корпорациях предусмотрело достаточно гибкие фор­мы выпуска ценных бумаг, что позволяло руководителям компаний контролировать весь акционерный капитал при обладании сравнительно небольшой частью акций.

Именно к этому вела и демократизация акционерного капитала, при которой ценные бумаги корпораций распро­странялись среди относительно широкого круга лиц. Но множество мелких держателей таких бумаг реально не имели никакого отношения к контролю за финансами и деловыми операциями корпораций.

Регламентируя внутренние отношения, складывающие­ся в предпринимательских корпорациях, законодательство штатов, как правило, расширяло полномочия правления (ди­ректоров), тем самым ограничивая права общего собрания акционеров. Практически правление во все большей степе­ни стало подменять собой общее собрание.

Характерным для законодательства о корпорациях по­следних десятилетий является то, что, предоставляя ди­ректорам реальный контроль над деятельностью корпора­ций, оно предусматривает передачу повседневного управ­ления их делами в руки наемных и профессионально под­готовленных управляющих - менеджеров. Эти новые фор­мы управления предпринимательскими корпорациями, рас­сматриваемые в США как "корпоративная революция", предполагают разделение в корпорациях функций собст­венника и функций оперативного руководства текущими делами.

Первая функция осуществляется акционерами, преж­де всего держателями контрольного пакета акций. Вторая функция связывается со специалистами в области управ­ления и производства ("технократами"). Они наделяются правом принятия самостоятельных решений, в основе ко­торых лежат не только личные интересы в размерах непосредственных доходов акционерного общества. Менедже­ры, будучи специалистами по маркетингу, осуществляют планирование дальнейшего развития хозяйственной дея­тельности корпораций с учетом рыночной конъюнктуры, производственных мощностей, требований законодатель­ства и т. д.

Роль и значение менеджеров в управлении корпора­тивной деятельностью, повышении эффективности произ­водства и его способности оперативно вбирать в себя дости­жения научно-технического прогресса, использовать пере­довые информационные и иные технологии в последние десятилетия быстро возрастают.

Само законодательство о корпорациях последних деся­тилетий, отражая реальные тенденции развития современ­ного американского делового общества, существенно рас­ширило права органов текущего или производственного управления.

Создание системы менеджеров не ущемляет интересов собственников, держателей ценных бумаг корпораций, ко­торые осуществляют реальный контроль за управлением через правления и советы директоров.

В XX в. американское законодательство штатов и на федеральном уровне создало благоприятные условия для организации суперобъединений (холдинговые компании и тресты), участниками которых являются не только отдель­ные предприниматели, но и целые предпринимательские корпорации.

В 1956 г. Конгресс принял закон, который определил банковскую холдинговую компанию, способную голосовать 25% обладающих правом голоса акций двух или более бан­ков.

С развитием корпоративной формы предприниматель­ства в США существенные изменения происходили и вправе собственности. Мелкие и средние фирмы, которые до окон­чания гражданской войны играли решающую роль в эконо­мике США, олицетворяли собой ту стадию развития капитализма, для которой характерна прежде всего индивиду­альная частная собственность.

Быстрое индустриальное развитие США во второй поло­вине XIX в. и в XX в. не означало исчезновения малого бизне­са, который и сейчас играет немаловажную роль как в эконо­мике страны, так и в повседневной жизни американцев. Но само развитие современного капитализма привело к утвер­ждению и доминированию ассоциированной корпоративной формы собственности. Эта форма собственности тесно связа­на не только с частным, но и с общественным интересом.

На первых порах истории американского общества для защиты прав индивидуальных собственников и собственни­ческих интересов предпринимательских корпораций исполь­зовались законодательства штатов и традиционные формы исков по общему праву. Но с началом промышленного бума и с утверждением политики экономического либерализма возникла необходимость и в конституционных средствах защиты собственнических прав.

Поскольку сам текст Конституции 1787 г. не предусмат­ривал специальных механизмов защиты частной собствен­ности, Верховный суд США постепенно распространил на индивидуальную и корпоративную собственность V и XIV поправки к Конституции. Эти поправки в общей форме устанавливали, что ни одно лицо не должно лишаться жизни, свободы либо собственности "без должной правовой проце­дуры" (due process of law).

Так, в 1879 г. при рассмотрении судебного дела, связан­ного с применением V поправки, суд заявил, что федера­ции, "равно как и штатам, ... запрещено лишать лицо или корпорацию собственности без должной правовой процеду­ры". В 1889 г. суд уже прямо указал, что корпорация явля­ется "лицом" в том смысле, в каком данный термин исполь­зован в XIV поправке, а поэтому она не может быть лишена собственности без "должной правовой процедуры".

Таким образом, положение V и XIV поправок к Кон­ституции, имевших первоначально чисто процессуальный смысл, приобрело в конституционном и в гражданском пра­ве материально-правовой характер. Оно превратилось в важ­ное средство защиты права собственности (доктрина "мате­риальной должной процедуры"). Суть этой доктрины состоя­ла в том, чтобы защитить права частных собственников от чрезмерных обременений со стороны государственных вла­стей (федерации и штатов). В одном из судебных дел конца XIX в., где речь шла о праве штата регулировать железнодорожные тарифы, Верховный суд усмотрел ущемление собственнических интересов железнодорожных компаний. Суд, в частности, заявил, что имеющееся у штатов "право регулировать не означает права на разрушение собственности", а поэтому прямое законодательное вмешательство "равносильно изъятию частной собственности на общест­венные цели без справедливой компенсации и без должной правовой процедуры".

В последней четверти XIX в. в условиях бурного про­мышленного роста с установлением сложных отноше­ний в предпринимательском мире новую жизнь получил институт треста (доверительной собственности).

После создания в 1879 г. "Стандард ойл" и его голово­кружительных успехов движение за создание трестов ох­ватило все основные отрасли производства США (табачное, сахарное и т. д.). Именно в форме треста к концу XIX - началу XX в. утвердились многие из крупнейших монопо­лий США.

В связи с приобретением трестами огромной рыночной власти сам термин "трест" стал синонимом монополии, од­нако он имел и специальный, более узкий правовой смысл, почерпнутый из английской конструкции доверительной собственности.

В это время правовая форма доверительной собствен­ности использовалась для создания объединения несколь­ких корпораций (суперобъединений), по которому входящие в него фирмы передавали все свои ценные бумаги с правом голоса специальным доверенным лицам. Скамья доверенных лиц становилась высшим органом управления для всех фирм. Акционеры вошедших в трест корпораций вместо старых акций получали в определенной пропорции серти­фикаты треста.

Обмен акций на сертификаты позволял организаторам треста контролировать все фирмы, вошедшие в трест, вы­рабатывать единую производственную и рыночную полити­ку, устанавливать монопольные цены и вести более жест­кую войну против конкурентов, оставшихся вне трестов­ского объединения.

Хотя данная правовая интерпретация доверительной собственности в 1911 г. была признана по делу "Стандард ойл" как незаконная и нарушающая антитрестовский акт Шермана, сам институт треста получил широкое распро­странение в американской экономике, в частности при соз­дании сложных банковских объединений.

Корпоративная революция XX в., в основе которой ле­жат научно-техническая и информационная революции, при­вела не только к изменению соотношения индивидуальной и ассоциированной частной собственности, она вызвала саму модификацию частной собственности, диффузию ее, более тесную связь с общественным интересом. Дальнейшее обоб­ществление производства и труда придали частной собст­венности все более ярко выраженный общественный харак­тер.




Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.