Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Образование независимых государств в Тропической Африке 11 страница



Перечень исправительных наказаний, назначаемых за совершение уголовного деликта, более широк. Для физиче­ских лиц может быть назначено тюремное заключение по шкале, где максимальная продолжительность - не более 10 лет, а минимальная - не менее 6 месяцев. Кроме того, предусматриваются такие исправительные наказания, как штраф, неоплачиваемая работа в общественных интересах, лишение или ограничение ряда прав, прямо установленных статьей 131-6 (лишение водительских прав, конфискация оружия, лишение разрешения на охоту и т.д.).

Особенно детально регламентируются и наказания за проступки (нарушения). Столь же обстоятельно и с гумани­стических, а не с карательных позиций разработан сам по­рядок отбывания наказаний, возможной отсрочки пригово­ра, прекращения наказания и ликвидации правовых последствий осуждения. Личность осужденного ставится под за­щиту общих демократических конституционных принципов.

Так, например, согласно ст. 131-23, назначаемая судом неоплачиваемая работа в общественных интересах "подчи­нена предписаниям закона и подзаконных актов, относя­щихся к работе в ночное время, гигиене, мерам безопасно­сти, а также к труду женщин и молодых работников".

Особое внимание новый УК уделяет способам индиви­дуализации наказаний, в том числе использования режима полусвободы, исполнения наказания по частям, отсрочки исполнения наказания с целью достижения ресоциализации осужденных. Это не препятствует в связи с ростом ре­цидивной преступности принятию более жестких мер к ли­цам, повторно совершающим преступление.

Изменившаяся во второй половине XX в. шкала обще­ственных ценностей, новая структура самих преступных деяний повлекли за собой и существенные изменения в осо­бенной части УК Франции. Если в XIX в. уголовно-правовая репрессия имела своей целью прежде всего защиту пуб­личных государственных интересов, то теперь на первое место (вторая книга) выдвигаются преступления и проступ­ки против человека.

В этом отношении новый УК следует общечеловече­ским, гуманистическим и демократическим принципам (пре­жде всего Всеобщей декларации прав человека и гражда­нина 1948 г. ООН, а также Европейской конвенции по пра­вам человека). Эта книга начинается с изложения преступ­лений против человечества и впервые включила в себя оп­ределение и осуждение таких особо опасных действий против человечества, как геноцид (ст. 211-1).

К геноциду непосредственно примыкают и другие пре­ступления, направленные против человечества как таково­го. Это депортация, обращение в рабство, массовое или сис­тематическое осуществление казней без суда, похищение людей, пытки или акты жестокости, совершаемые по поли­тическим, философским, расовым или религиозным моти­вам, и т.д.

Лица, виновные в указанных выше преступлениях, мо­гут караться пожизненным заточением. Уголовноответственными за преступления против человечества могут быть объявлены и юридические лица.

Центральное место во второй книге занимает также раз­дел, посвященный посягательствам на личность. На первом месте здесь стоит умышленное лишение жизни человека, которое рассматривается как умышленное убийство (ст.221-1). Особенно выделяются и наказываются пожизненным за­точением умышленные убийства, которые предшествуют другому преступлению, предумышленные убийства, убий­ства несовершеннолетних, родственников по восходящей ли­нии, лиц, находящихся в особо беспомощном состоянии.

С большой обстоятельностью разрабатываются нормы, относящиеся к посягательствам на физическую или психи­ческую неприкосновенность личности. Так, например, при­менение в отношении какого-либо лица пыток или актов жестокости наказывается 15 годами заточения.

В условиях глубокого морально-нравственного кризиса общества УК предусмотрел ряд посягательств, связанных с сексуальной агрессией, и прежде всего с изнасилованием, которые в зависимости от обстоятельств совершения этих преступлений могут наказываться различными сроками тюремного заточения, вплоть до пожизненного заключения.

В Уголовном кодексе усилены наказания для лиц фи­зических и юридических, связанных с незаконной торгов­лей наркотическими средствами, что связано с особой опас­ностью и распространенностью этих преступлений в совре­менном французском обществе.

Весьма симптоматично включение в Кодекс специаль­ного отдела, посвященного проведению экспериментов на людях. Так, по ст. 223-8 проведение или организация био­медицинского исследования на человеке без соответствую­щего согласия наказывается 3 годами тюрьмы и штрафом в 300 тыс. франков.

Еще более суровым наказанием (5 лет тюремного за­ключения) карается прерывание беременности без согла­сия заинтересованного лица. В то же время в кодексе пре­дусматривается наказание для женщины, которая "осуще­ствляет прерывание беременности у себя самой" (2 месяца тюрьмы и штраф в 25 тыс. франков).

Способы охраны личности от различного рода посяга­тельств в новом Кодексе весьма разнообразны и юридиче­ски тщательно проработаны. Это и наказание за подстрека­тельство к самоубийству, за похищение и незаконное удер­жание людей, в частности в виде заложников, что особенно типично для последних десятилетий, за различные виды посягательств на достоинство лица, сводничество.

Новыми формами защиты личности является охрана от посягательств на частную жизнь. В Кодексе приводятся са­мые разнообразные виды запрещенного умышленного пося­гательства на интимность частной жизни другого лица. Эти посягательства могут осуществляться в разных формах, в том числе путем перехватывания, записывания или переда­чи без согласия автора слов, произнесенных в частном по­рядке или конфиденциально; путем фиксирования, записи или передачи изображения какого-либо лица, находящегося в частном месте, без его согласия; путем использования ап­паратов слежения за разговорами на расстоянии и т.д.

Третья книга посвящена преступлениям и проступкам против собственности. Здесь особое внимание законодатель уделяет борьбе с кражами и другими видами хищения чу­жого имущества, вымогательством, шантажом, мошенниче­ством и иными аналогичными преступлениями.

Лишь в последней, четвертой книге говорится о пре­ступлениях и проступках против нации, государства и об­щественного порядка. Эта книга начинается с раздела о по­сягательствах на основополагающие интересы нации. Под таковыми понимается (ст. 410-1) независимость нации, неприкосновенность ее территории, ее безопасность, респуб­ликанская форма ее институтов.

Наряду с такими традиционными преступлениями, как измена и шпионаж, предусматриваются и другие посяга­тельства на институты Республики.

Специальный раздел в этой книге посвящен борьбе с терроризмом, одним из опаснейших преступных явлений конца XX в. В Кодексе особо выделяется угон летательного аппарата или иного транспортного средства. Предусматри­вается усиление ответственности за совершение террористических актов.

В новый Кодекс введены специальные статьи, направ­ленные на борьбу с коррупцией, например с нарушением должностным лицом долга честности, в частности взимание им не причитающихся ему сумм под видом предусмотрен­ных законом, незаконное получение выгод и т.д.

В Кодексе имеется целая серия статей, направленных на пресечение экономических преступлений.

Весьма симптоматичным для конца XX в., ознамено­вавшегося ростом организованной преступности, является заключительный, пятый раздел, специально посвященный объединениям преступников. Само участие в объединениях преступников карается 10 годами лишения свободы и штра­фом в 1 миллион франков.

Таким образом, особенная часть нового УК Франции от­личается от УК Наполеона новой градацией охраняемых в нем общественных ценностей, а также усилением охраны лич­ности, общества и государства от новых видов преступности.

Уголовно-процессуальное законодательство Франции в XX в. также претерпело большие изменения. В 1958 г. был принят новый УПК, который положил начало ревизии всей наполеоновской кодификации. УПК 1958 г., а также ряд за­конов 1970 и 1972 гг. значительно демократизировали про­цесс, усилили гарантии индивидуальных прав граждан, уп­ростили судопроизводство, упорядочили деятельность след­ственных органов, суда и присяжных.

Ряд законов, принятых правительством левого блока в 80-е гг., закрепил в уголовно-процессуальном законодатель­стве прогрессивные изменения. Так, законы 1981-1983 гг. укрепили безопасность и гарантии личных прав и свобод, в частности предусмотрели процедуру, применяемую к до­пустившему грубую профессиональную ошибку адвокату.

Возбуждение уголовного дела по УПК 1958 г. осущест­вляется прокуратурой, которая обычно опирается на дан­ные полицейского дознания. Полицейские собирают улики, закрепляют доказательства, разыскивают лиц, виновных в нарушении закона.

Сам же уголовный процесс включает в себя три ста­дии: предварительное следствие, судебное разбирательст­во, исполнительное производство.

Особую стадию составляет процедура обжалования в апелляционном или кассационном порядке.

Значение предварительного следствия во французском уголовном процессе чрезвычайно велико. Но оно является обязательным лишь по делам о преступлениях. Оно также может проводиться по делам о проступках и только в неко­торых случаях (по требованию прокурора) - по делам о правонарушениях.

Обычно же в делах о правонарушениях проходит толь­ко полицейское дознание. Предварительное следствие про­водится негласно следственными судьями в состязательной и письменной форме. Прокурор выполняет функцию кон­троля над следствием.

По окончании следствия и сбора необходимых доказа­тельств следственный судья передает материалы дела прокурору Республики. Последний, в случае согласия с вывода­ми следственного судьи, возвращает ему дело. Затем следст­венный судья или выносит постановление о прекращении дела, или направляет его в соответствующую судебную ин­станцию.

Если судья находит в деле состав преступления, то он направляет дело на рассмотрение обвинительной камеры. Обвинительная камера состоит при апелляционном суде и является своеобразным следственным органом второй ин­станции. Она может вынести постановление о дополнитель­ном расследовании или об окончании следствия.

Решения могут быть двух видов: прекращение уголов­ного преследования или предание обвиняемого суду. В ка­честве суда могут выступать: полицейский трибунал, ис­правительный трибунал, суд присяжных.

Обвиняемый переводится в арестный дом по месту за­седания при судебной инстанции. Если обвиняемый не за­держан, дело рассматривается заочно. Обвиняемый изуча­ет материалы дела, имеет право выбрать защитника.

В судебном разбирательстве принимают участие обе стороны. Процесс в суде устный, гласный, состязательный.

После объявления обвинительного приговора осужден­ный под конвоем доставляется в арестный дом, где он нахо­дится до вынесения решения по апелляции или кассацион­ной жалобе.

Приговор может быть оправдательным, о снятии обви­нения или об освобождении от уголовной ответственности, и об осуждении. При осуждении исполнение приговора мо­жет быть отсрочено с предоставлением или без предостав­ления испытательного срока.

Приговор вступает в законную силу по истечении сро­ка, установленного для обжалования. Он подлежит испол­нению всеми государственными органами и может быть пе­ресмотрен только в том случае, если в нем обнаружится фактическая ошибка или появятся вновь открывшиеся об­стоятельства.

 

Глава 22. Право Германии

 

Гражданское право. Важнейшим событием на пути эво­люции немецкого права XIX в. стало принятие Германского гражданского кодекса 1896 г. (БГБ)*.

*БГБ - сокращение от немецкого Biirgerliches Gesetzbuch (Гра­жданский кодекс).

 

Гражданский кодекс 1896 г. стал первой в истории Гер­мании общегерманской кодификацией гражданского права. До принятия всегерманского ГК в стране насчитывалось свыше 30 действующих партикулярных правовых систем. Кроме партикулярного права в отдельных областях Герма­нии действовало так называемое общее право.

В его состав входили имперские (немногочисленные) законы и пандектное римское право, которое имело в ряде областей Германии субсидиарное (дополнительное) значе­ние, восполняя пробелы местного германского права. Тер­риториально пандектное право оставалось действующим для 16,5 млн. человек в западных прусских землях, значитель­ной части Баварии, среднегерманских герцогствах, великом герцогстве Гессенском, Саксен-Веймаре, бывших вольных имперских городах.

В другом крупном территориально-правовом простран­стве Германии первой половины XIX в. господствовало сис­тематизированное местное право. Здесь формально не при­знавалась юридическая сила пандектного права. Однако многие его принципы и институты уже были интегрирова­ны в германские земские кодификации. К известным гер­манским партикулярным правовым сводам относились Прус­ское земское уложение (Прусский ландрехт) 1794 г. и Сак­сонский гражданский кодекс 1863 г.

Сфера действия Прусского земского уложения распро­странялась на 21 млн. немцев. Под действие норм наиболее современного для Германии второй половины XIX в. Сак­сонского гражданского кодекса 1863 г. подпадало 3,5 млн. жителей саксонского королевства. Наконец, в качестве действующего гражданского законодательства в ряде областей Германии (княжества на левом берегу Рейна и в Бадене) следует упомянуть и Кодекс Наполеона 1804 г. В сфере его действия проживали 8,6 млн. человек.

Таким образом, Германия 50-60-х гг. XIX в. отлича­лась глубокой разобщенностью норм гражданского права. Но не только множественность и фрагментарность право­вых систем тормозили экономическое и правовое разви­тие страны. Многочисленные институты и нормы пандект­ного (римского) права и партикулярного (германского) за­конодательства были явно устаревшими, не соответствовали новым капиталистическим отношениям. Среди них выделялись нормы, охраняющие привилегии королевских и княжеских семей, права дворянской собственности и пр.

Уже в начале XIX в. отдельные представители герман­ской буржуазии и наиболее прогрессивные юристы высту­пали за единство и кодификацию гражданского права Гер­мании. Однако попытки подготовки всегерманского граж­данского кодекса потерпели в первой половине XIX в. крах. Германское юнкерство, сохраняющее политическое главен­ство во всех государствах Германии, всячески противилось кодификации гражданского права, опасаясь утери своих привилегий.

Новый этап в борьбе за создание всегерманского граж­данского кодекса наступает со времени политического объ­единения германских государств под главенством Пруссии и образования единой Германской империи в 1871 г., кото­рые создавали объективно благоприятные условия для кодификации.

Вопрос о путях кодификации гражданского права Гер­мании с самого начала приобрел не только юридический, но и политический, и социальный характер. Борьба за выра­ботку БГБ растянулась на четверть века. Начало было по­ложено созывом так называемой Предварительной комис­сии, назначенной бундесратом в 1874 г. Она должна была установить общий план реформы по унификации граждан­ского права Германии. Первоначальные цели реформы не были, однако, радикальными. Единство гражданского права должно было формироваться на базе действовавшего в Гер­мании права. Консервативные правительства государств-членов империи всячески ограничивали цели и объем всегерманского БГБ, стремясь сохранить нормы действующего партикулярного права.

2 июля 1874 г. бундесрат назначил первую официаль­ную комиссию по выработке БГБ. Из 11 членов комиссии девять были крупными судебными чиновниками и двое - профессорами пандектного права. Материал подготавливае­мого кодекса был разделен на пять книг (общая часть; вещ­ное, обязательственное, семейное и наследственное право). Это была обычная система в пандектном праве Германии. Система Кодекса Наполеона была единодушно отвергнута.

Первая комиссия работала в условиях строгой секрет­ности. Только тринадцать лет спустя, в 1887 г., комиссия объявила о завершении работы. Проект был опубликован и в течение двух последующих лет подвергся публичному обсуждению. Его критика становилась все более резкой. Отрицательные отзывы на проект раздавались из самых различных политических и юридических сфер. Сам рейхс­канцлер О. Бисмарк назвал этот проект "ящиком Пандоры". Отрицательную оценку проекту дала крупнейшая юриди­ческая ассоциация Германии - Немецкий союз адвокатов. Против выступила группа ученых-юристов во главе с О. Гирке. Острой критике подвергся проект со стороны ве­дущих деятелей и юристов германской социал-демократии. Неприятие проекта БГБ вызывали его общие недостатки: чрезмерная романизированность, многочисленные опреде­ления и резкое несоответствие его содержания социально-экономическим реалиям Германии конца XIX в.

Проект БГБ было решено переработать коренным об­разом. В 1890 г. бундесрат сформировал вторую комиссию, пополнив ее новыми членами. В их числе были представи­тели промышленников, банкиров, ведущих политических партий и ученые-германисты. Подготовленный комиссией новый проект устранил множество положений сугубо рим­ского происхождения и ввел ряд принципов и правил, почерпнутых из германских источников. Некоторые части проекта были переработаны заново; расширены разделы, имеющие социальное значение. Наконец, был упрощен язык Кодекса: резко сокращена римская терминология и ликви­дированы многочисленные определения юридических ин­ститутов.

Принятый бундесратом проект БГБ с определенными изменениями был представлен рейхстагу в качестве третьего проекта в начале 1896 г. Еще полгода понадобилось рейхс­тагу для обсуждения и принятия этого проекта. Современ­ники отмечали, что пленарные заседания в рейхстаге по проекту БГБ были довольно вялыми. Гражданский кодекс Германии был принят рейхстагом 222 голосами против 48 при 18 воздержавшихся. Позднее бундесрат одобрил зако­нопроект БГБ совместно с Вводным законом, и 18 августа 1896 г. после утверждения этих актов императором БГБ стал законом.

Для приведения законодательства отдельных герман­ских союзных государств в соответствие с новым БГБ его вступление в силу было отложено, как указывалось в ст. 1 Вводного закона, до 1 января 1900 г. Одновременно с БГБ вступал в силу важный закон о поземельных книгах и но­вый Торговый кодекс Германии.

Таким образом, на рубеже XIX-XX вв. Германия по­лучила свой Гражданский кодекс. Многовековое примене­ние пандектного права было наконец прекращено.

Общая характеристика, система и содержание БГБ.Германский гражданский кодекс является крупнейшей гражданско-правовой кодификацией. Он насчитывает 2385 па­раграфов, не считая 218 статей Вводного закона. БГБ по­строен по так называемой пандектной системе. Для него ха­рактерно наличие общей части и сведение гражданско-правовых институтов в отдельные книги: вещное, обязательст­венное, брачно-семейное и наследственное право.

В Вводном законе даны правила о времени вступления в силу БГБ, о применении иностранных законов в Германии и германских законов за границей. Значительное число норм Вводного закона регулировали отношение БГБ со старым имперским и особенно земским законодательствами. Как общее правило, старые имперские законы были оставлены в силе, поскольку обратное не указано в БГБ. Статьи Ввод­ного закона, касающиеся взаимоотношений БГБ с земским правом, по существу представляли собой длинный перечень прав, оставленных в компетенции земских законодательств отдельных германских государств. Формула, с которой на­чинались статьи этой части Вводного закона, гласила: "Не­тронутыми остаются предписания земского права...". Скон­центрированные в Вводном законе изъятия и права-приви­легии касались главным образом особого гражданско-пра-вового положения германского дворянства, что наносило существенный удар идее единства гражданского законодатель­ства Германии. По существу, действительного правового единства в Германии в конце XIX - начале XX в. в сфере гражданского права создать не удалось.

Основной корпус БГБ состоял из следующих книг: об­щей части, обязательственного, вещного, брачно-семейного и наследственного права. В общей части изложен статус физических и юридических лиц. В этой же книге даны пред­писания о юридических сделках, о сроках давности, о ве­щах и, наконец, о самозащите и самопомощи.

Во второй книге Кодекса содержатся нормы обязатель­ственного права. В данной книге излагаются общие положе­ния об обязательствах из договоров и отдельные договоры, как традиционные (купля, заем, ссуда, товарищество и др.), так и новые (наем рабочей силы, пари и др.). Заканчивается вторая книга подробным регулированием обязательств из недозволенных действий.

В третьей книге Кодекса помимо институтов владения и собственности подробно регламентируются так называе­мые служебности (сервитуты, обременения) и различные формы залога движимостей и недвижимостей (ипотека).

В четвертой книге представлены нормы брачно-семей­ного права. Здесь изложены правила, посвященные услови­ям вступления в брак, личным и имущественным отноше­ниям супругов, условиям расторжения брака. Из других разделов книги следует выделить институт родительской власти и правовое положение детей (законных и незакон­ных), опеку и попечительство.

Наконец, в пятой книге Кодекса, посвященной наслед­ственному праву, регламентируются два порядка наследо­вания (по закону и по завещанию); юридическое положение наследника; особый договор о наследовании и правила об "обязательной доле" так называемых необходимых наслед­ников.

Форма и язык БГБ воспринимаются нередко критиче­ски. Считается, что германский ГК может быть освоен только специалистами-юристами. Для Кодекса характерны длин­ные, сложно сформулированные параграфы и обилие спе­циальных юридических терминов. Наряду со специальной юридической терминологией в Кодекс введены термины и обороты социального и этического (морального) содержа­ния. К их числу относятся "добрые нравы", "добрая совесть" и "злоупотребление правом". Отмеченные особенности язы­ка БГБ не мешают, однако, утверждать, что его юридиче­ская терминология и форма изложения весьма продуманны и точны.

Характерная черта германского БГБ - отсутствие об­щих юридических определений. Соответствующие его па­раграфы носят скорее описательный характер. Всякие об­щие определения намеренно избегались. Позднее, коммен­тируя БГБ, германские юристы подчеркивали, что выра­ботка определений - дело опасное для законодателя.

В отдельных существенных вопросах Кодекс проявля­ет явно консервативные черты, "глядит назад в XIX век", по выражению одного современного германского историка права. Подтверждением этому являются уже упоминаемые выше юридические институты феодального характера, раз­личные вещные обременения и пр. Вместе с тем Кодекс за­крепил ряд правил, имеющих так называемую социально-этическую направленность. Эти нормы, как бы защищаю­щие "маленького человека", весьма характерны для БГБ. В основном они сосредоточены в общей части германского ГК. Характерным для подобных предписаний является введе­ние в правовые нормы внеюридических, моральных крите­риев (уже упоминавшиеся категории "злоупотребления пра­вом", "добрые нравы", "добрая совесть"). К наиболее из­вестным принадлежат § 226, запретивший намеренное зло­употребление своим правом (запрещение "шиканы"), и § 138, объявивший недействительность любой сделки, "нарушаю­щей добрые нравы". Конечно, авторы БГБ понимали, что при отсутствии сколь-нибудь однозначного юридического содержания указанных этических категорий резко возрас­тала роль судейского усмотрения. Тем не менее можно со­гласиться с современными германскими учеными-юриста­ми, оценивающими введение в текст БГБ группы норм, имею­щих "социально-этическую" направленность, как достиже­ние германского законодательства.

Основные институты БГБ. Юридические лица. После острой критики первого проекта кодекса, попытавшегося игнорировать проблему юридического лица, Германский ко­декс закрепил право частных объединений на получение статуса юридического лица. БГБ признал два основных вида юридических лиц: ферейны (общества, союзы) и учрежде­ния. Наиболее важны ферейны, объединения лиц либо с хозяйственными (§ 22), либо с идеальными (нехозяйствен­ными) целями (§ 21). К последним могли быть отнесены по­литические союзы, некоторые союзы предпринимателей и т. п. Надо подчеркнуть, что союзы с хозяйственными целя­ми не следует смешивать с объединениями в форме торго­вых товариществ (акционерных обществ, обществ с ограни­ченной ответственностью), регулируемых торговым законо­дательством.

Многочисленные параграфы БГБ (почти 70!), посвящен­ные юридическим лицам, рассматривают вопросы, в основ­ном связанные с организацией и прекращением деятельно­сти ферейнов и учреждений. Статус юридических лиц по БГБ наглядно демонстрирует порядок их возникновения. В Германии постепенный переход от разрешительной (кон­цессионной) к явочной (свободной) системе образования юридических лиц начался только в 70-е гг. XIX в. По явоч­ной системе раньше всего начали создаваться в Германии торговые товарищества (акционерные общества). Вопрос о введении свободной системы образования для всех видов юридических лиц гражданского права встал в ходе подго­товки общегерманского ГК. После длительной борьбы был принят компромиссный вариант: общества с идеальными (нехозяйственными) целями получили свободу образования (явочная система). Для образования союзов с хозяйствен­ными целями, как и ранее, Кодексом установлен разреши­тельный (концессионный) порядок.

БГБ признал за юридическими лицами широкую пра­воспособность. В принципе их правоспособность охватыва­ла всю сферу гражданского права, за исключением право­отношений, характерных для физических лиц. Однако, и это весьма симптоматично, германский законодатель посчи­тал нужным сохранить за государством сильный рычаг кон­троля за деятельностью юридических лиц. Согласно § 43 "общество может быть лишено правоспособности, если вслед­ствие противозаконного постановления общего собрания или благодаря противозаконному образу действий правления оно угрожает общественным интересам". При одной "угрозе об­щественным интересам" органам государственной власти разрешено закрывать общества (союзы).

Характеристика института юридического лица по БГБ не будет полной без рассмотрения одной нормы, весьма характерной для этого Кодекса. § 54 БГБ закрепил так на­зываемые неправоспособные общества. К ним отнесены объ­единения, не отвечающие юридическим требованиям, ус­тановленным для юридических лиц. Это главным образом разнообразные рабочие союзы. Они не получили по БГБ статуса юридического лица. В Кодексе появился особый вид объединений - неправоспособный союз (общество). Гер­манский Кодекс сделал по тем временам серьезную соци­альную уступку, юридически признав существование та­ких обществ. Однако статуса юридического лица им не было дано. Неправоспособные союзы действуют в БГБ по прави­лам, установленным по договору товарищества. В то время отдельные их черты были подобны юридическим лицам. Так, неправоспособные союзы могли выступать в суде в качестве сторон; договоры, заключенные от имени такого общества, признавались действительными (§ 54). Уступка, сделанная германскому рабочему движению законодате­лем, была, конечно, половинчатая. Однако сам факт юри­дического признания за рабочими союзами отдельных эле­ментов гражданской правоспособности, бесспорно, значи­телен.

Договоры и обязательства из недозволенных дейст­вий. Характерной внешней особенностью германского ГК является выдвижение на первое место, впереди права вещ­ного, обязательственного права. Это выдвижение подчерк­нуло возросшее значение капиталистического, товарно-де­нежного хозяйства, перед интересами которого отступили на второй план традиционные институты, связанные с пра­вом собственности.

Основная часть второй книги БГБ - обязательствен­ное право - посвящена договорному праву. В соответствии с принятой установкой БГБ не дает определения ни обяза­тельства в целом, ни договора в частности. Реконструируя наиболее существенные черты понимания германским ГК договора, можно выделить следующее. Договор понимался как юридическая связь между двумя или несколькими лицами. Содержанием договора могло быть любое "предостав­ление (удовлетворение)", как положительное действие, так и воздержание от такового. Такой юридический состав до­говора следует считать традиционным для европейского права и его общего римского источника.

В германском ГК в основу договорного права был поло­жен классический принцип свободы договора. Он не представлен прямо в тексте БГБ, но постоянно упоминается в Мотивах и Протоколах к проекту Кодекса.

Свобода установления договорных обязательств умеря­лась в Кодексе обычными для гражданского законодатель­ства немногочисленными легальными условиями их дейст­вительности. БГБ не допускал, прежде всего, договоров, пря­мо нарушающих какие-либо предписания законов (§ 309). Ряд требований Гражданский кодекс предъявлял к лицам, заключающим договор. Круг лиц, способных заключать договор, достаточно широк. В их число БГБ допускает замуж­них женщин и лиц, не достигших возраста совершенноле­тия (21 год).

К числу обязательных условий действительности дого­воров по БГБ относится согласие сторон "по всем пунктам договора", причем согласие трактуется кодексом главным образом как согласие волеизъявления сторон (а не согласие их воль). Принятая БГБ новая "теория волеизъявления" была призвана придать обязательственным (договорным) связям большую определенность и стабильность в интересах граж­данского оборота. По БГБ сделка, несмотря на неопределен­ность воли сторон, является действующей, если имеется волеизъявление сторон.




Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.