Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Марта 1966



Часть ночи мы провели вместе.

Я вчера подумала сказать что-то тебе, но сейчас я этого не помню… В действительности, я думаю, что мы сделали это ночью!

 

Что было этой ночью?

О, всегда происходят всевозможные вещи.

Это всегда происходит на плане интеллектуальной организации… «Интеллектуальной», я имею в виду, что это не опускается ниже уровня интеллекта: что-то приходит свыше, и мы распространяем и организуем это в разуме земли — там мы всегда и встречаемся. «Встречаемся» — не точное слово: это привычная работа. Я должна ходить туда очень регулярно, но когда ночь полна множеством других вещей, я не всегда помню. Но этой ночью вышло так, что я стала сознавать тот момент; это кажется очень привычной деятельностью.

Это место (я даже говорила тебе о нем[31]), место очень-очень-очень обширное, очень открытое и очень светлое, а также ОЧЕНЬ СПОКОЙНОЕ. И, что очень приятно, в этом месте работа идет очень хорошо. И нет ничего, нет границ — это не небеса, это совсем не земля; не могу сказать, что там есть строения, там нет строений, но чувствуешь себя защищенным; и все же нет стен. Время от времени видны словно совсем тонкие перегородки из сверкающей стали [Мать очерчивает нечто вроде рамок, разграничивающих это место], как серебро, время от времени; и время от времени возникает впечатление каких-то шкафов, которые открывают, полок, но это прозрачно, все это прозрачно. Есть столы, но они очень прозрачные; они твердые, поскольку на них можно писать, но они прозрачные. Не мешает ни один объект. Но все организовано для работы. И ты находишься там, ты часто пишешь; ты часто входишь, и тогда мы говорим, мы организовываем. Так также есть люди, и мы говорим им сделать это, сделать то.

Но я встречаю тебя очень регулярно. Единственно, я должна сказать, что перед тем, как лечь вчера спать, я подумала, что увижусь с тобой сегодня, и я спросила себя, есть ли у меня что-то, о чем рассказать тебе: переживание или что-то иное; и тогда, посреди ночи (между полпервого и часом ночи), я пробудилась, если можно так сказать, пробудилась там, материально, и я помнила все. Я сказала себе: «Смотри-ка!».

Я не знаю, что мы говорим друг другу на словах. У меня нет такого впечатления, что мы произносим слова, но мы очень хорошо общаемся: каждый из нас знает, что думает другой; мы говорим, мы отвечаем; затем мы организуем. И там были люди из различных стран — мы устраивали вещи. Это кажется местом интеллектуальных директив для работы в различных странах.

Вероятно, тебе не хватает того, что Теон называл «субстанцией» определенных планов в сознании твоего существа, так что при пробуждении ты больше не помнишь, это не проходит. Но, может быть, у тебя остается впечатление, нет?

 

Да… это очень невещественно.

Но это не «вещественное». Это ОЧЕНЬ сознательное, но это не вещественное. Это очень сознательное, гораздо более сознательное, чем сознание здесь. Это ясное, точное, мощное сознание [суверенный жест] с ощущением великого мастерства над вещами. Но это не вещественно. Вероятно, это мой перевод — перевод в физическом сознании — который производит это впечатление… чего?… Это как огромные, громадные «залы», так они высоки!… нет потолка, не видно потолка; не видно пола, но все же мы ходим — мы ходим, но нет ощущения ходьбы: мы перемещаемся. И, кроме того, если ты хочешь чего-то где-то, получается так, словно ты выдвигаешь ящик или открываешь шкаф и находишь, но нет ключей, нет ручек, не видно даже предметов!

Это очень сознательно, но совсем не материально.

Но это состояние бытия, в котором ты часто бываешь в мысли. Это интеллект, который возвышается над обстоятельствами, событиями и который… там даже не чувствуется необходимость «предвидеть» — нечего искать, конечно же! Знание находится там, это МЕСТО знания. Имеешь знание вещей, какими они являются, и имеешь ясную волю к тому, чем они должны быть. Но нет совершенно никакого ощущения борьбы или усталости, ничего подобного.

Это совсем не «эмоциональное» место. Оно ясное, точное, светлое, очень широкое, без борьбы — замечательная безошибочность.

Но, несомненно, некоторые мои части все время находятся там: у меня нет впечатления, что я перемещаюсь, чтобы оказаться там, это… (как сказать?) словно смещается мой центр наблюдения: я наблюдаю свою деятельность здесь или там, там или там. Это не «я», нет «центра я», который перемещается, совсем нет. Должно быть, я постоянно бываю там, постоянно работаю там.

И есть словно курьеры, которые постоянно посылаются в атмосферу земли и несут распоряжения или знания.

 

Вот уже некоторое время, когда я думаю о земных или индийских условиях, у меня все время возникает впечатление затишья перед бурей.

 

[Молчание] Но это место находится выше бури — буря совсем ниже.

 

У меня такое впечатление, что что-то подготавливается.

Во всем мире дела идут не так хорошо.

 

Меня заботит не мир, а Индия.

Да, я имела в виду, что в Индии дела не так хороши.

 

Да, это чувствительное место. Это очень печально, это не хорошо.

Дела не так хороши.

И эта бедная женщина [Индира Ганди], она действительно делает все, что может, с доброй волей, которая пытается понять одновременно все стороны.[32] Действительно, она делает все, что может. Внутренне я поддерживаю ее как могу, потому что…[33]

Астрологи предсказали, что эти месяцы, март, апрель, и, возможно, май, будут месяцами ужасной путаницы, сражений, бунтов; так что в своем разуме (это что-то вроде подсознательного разума) люди чувствуют необходимость быть в согласии с астрологами! Это так, это так глупо. Дух имитации: «О! астрологи сказали, что так будет, значит, надо, чтобы так было.» Вот так.

Везде скверно. Верно, до настоящего времени правительство множило глупости — такие глупости!… Кажется, ребенок, обладающий здравым смыслом, не наделал бы таких глупостей. И, естественно, это порождает, даже у тех, кто не имеет недоброй воли или мстительных чувств, неприятное напряжение: вы не можете больше ничего делать, вы связаны со всех сторон! Что бы вы ни делали, везде вы встречаете противодействия и запрещения. Так что люди не знают, что делать, никто не может ничего делать.

Они разорили страну, заморили голодом.

Но это еще не все (я не знаю, кто ответственен за это), они развернули за границей целую кампанию, кампанию «о беднягах, мрущих от голода и жалующихся на нужду», таким, о! таким жалким образом!… Мы получаем письма отовсюду, изо всех стран (много писем из Франции), особенно, из школ, образовательных центров, от людей, которые пишут: «Мы слышали, что вы умираете от голода, мы так беспокоимся, не можем ли мы вам чем-то помочь?» Приходится отвечать им: «Нет, мы совсем не умираем от голода!»

Это плачевно.

 

(молчание)

Но, в действительности, там наверху, разрушение не одобряется.

 

Разрушение не одобряется?

[Мать делает жест решительного отрицания]. Это бесполезная трата времени.

Тем более что люди создали такие средства разрушения, что это может означать потерянные века, не только годы. Потребуется воссоздать целые цивилизации.

Нет, «наверху» это не одобряется.

Это кипение чего-то очень темного, очень темного.

Это напоминает мне слова «Князя Наций», великого Асура, он сказал мне: «Я знаю, что моя власть подходит к концу, но ты можешь быть уверена, что перед своим исчезновением я разрушу все, что смогу.»

Это так, точно так.

И, к сожалению, люди предоставляют ему возможность действовать: это глупость, это неведение, это некая слепота.

Особенно печально то, что люди путают силу с насилием. Это невежественное ощущение, которое воображает, что сила должна проявляться через насилие.[34] Насилие — это асурическое искажение. Настоящая сила действует в мире и покое — вот таком [жест массового нисхождения], который ничто не может возмутить.

 

 




Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.