Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Декабря 1966



 

(Мать сначала читает свое послание к 1967 году)

 

Люди, страны, континенты!

Выбор императивен:

Истина или пропасть.

 

*

* *

 

Хочешь что-нибудь мне сказать?

 

Я гадаю, как ложное выражение (поскольку это ложно, я чувствую, что все это выражение ложное), какую ценность может иметь сохранение этого ложного выражения? Стоит ли править, делать всю эту работу, когда я чувствую, что это выражение не истинно? Может ли оно все же быть полезным?

 

Проблема не в этом. Наверняка ты наблюдал две вещи: прежде всего, разница в условиях, когда ты пишешь, и, затем, разница в «давлении» того, что хочет, чтобы ты записал это. Ты замечал это различие, когда писал?

 

Да, конечно.

 

Так и есть. И, затем, как только это объективизировано на бумаге, ты можешь отдать себе отчет в разнице между давлением, которое ты воспринимаешь, и давлением написанного тобою, что имеет различные качества. Например, когда ты прочел мне те несколько страниц, то по отношению к определенным вещам я увидела Свет позади; по отношению к другим вещам это было как горизонтальный источник или горизонтальная воля [горизонтальный жест на уровне лба], и это было очень мило, прекрасно (я вовсе не смотрю на это с литературной точки зрения или даже с точки зрения красоты формы, это не так). Это качество вибрации в написанном. И пока ты читал мне, я чувствовала эти два источника, и я чувствовала нечто вроде конфликта между тем, что пришло вот так [жест свыше] и тем, что пришло по привычке [горизонтальный жест на уровне лба]: это была, главным образом, старая привычка, что-то, что пришло из прошлого и принадлежало ментальной, артистической, литературной области (это то, что любит форму, любит определенные эмоции, определенные выражения, все это). И все это образовывало горизонтальный мир, который давил с целью выражения: во многом по привычке, но также и с некоей волей быть, волей продолжаться. Другой исток — это свет, который падал и выражался совершенно естественно — спонтанно, без усилия, и НЕ ЗАБОТЯСЬ О ВНЕШНЕЙ ФОРМЕ. И это было гораздо более прямым в своем выражении. Однако, конечно, это не было четко разграниченным, и не так легко было сказать: «О! это приходит отсюда [жест на определенном уровне], а вот это приходит оттуда [жест на другом уровне].» Но есть движение выше и движение ниже.

Так что я думаю, что «садхана» должна состоять в том, чтобы сделать сортировку или, скорее, развить такую чувствительность, так чтобы различие стало бы ясным, совершенно воспринимаемым, и тогда больше не было бы ума, который делал бы выбор, говорил: «Это пойдет, то не пойдет.» Было бы спонтанное согласие с тем, что одето в этот свет свыше, и отвержение того, что не одето в него. Садхана должна состоять в том, чтобы развить эту чувствительность, отделить себя от старого движения, ставя его вне себя.

 

Я очень хорошо понимаю это, твое письмо было милостью для меня в том смысле, что я ясно увидел. Я действительно ясно увидел. Вопрос только в том, что вся книга кажется мне… неадекватной.

 

Да, я думаю, что вся книга такова. Я не знаю, потому что ты прочел мне не всю книгу, но в том, что ты прочел, например, в этом описании сна, даже там, время от времени я чувствовала вкрапление старой привычки.

 

Но тогда стоит ли сохранять все это? Надо бы написать все заново.

Ты имеешь в виду, что было бы лучше написать новую книгу?

 

Да.

Я сказала тебе: «Книга ДОЛЖНА быть написана», но должна быть не обязательно эта книга: это может быть другая книга! [Мать смеется]. Ты понимаешь, для меня есть разница. «Где-то» есть что-то, что должно быть сказано, и это что-то очень полезное: я вижу, например, что те люди, которые стали доверять тебе благодаря книге о Шри Ауробиндо, они прочтут твою новую книгу с открытым умом, и если в этот момент ты дашь им нечто вроде ощущения переживания, это во многом им поможет. Вот почему я сказала, что эта книга полезна. Но лично для тебя, если ты склонен скорее полностью переписать книгу, чем править ее, это не имеет значения… Единственно, чтобы ты смог переписать книгу, не впадая в старое состояние, тебе надо иметь ясное осознание разницы состояний. Предположим, ты скажешь «я перепишу книгу», и, как только ты начнешь писать, будет возвращаться старый конфликт, тогда это будет бесполезно… Что-то должно произойти там, в уме, и именно там ты должен начать полностью сознавать вибрации.

 

Я достаточно хорошо вижу, что нужно вычеркнуть… Но много чего надо вычеркнуть!

 

Ты ясно видишь.

 

Да, но у меня такое впечатление, что надо вычеркнуть почти все. Это весь способ выражать…

 

А! это, в особенности, способ — это способ чувствовать, способ думать.

Но с точки зрения внешней формы остается вопрос, что легче: использовать уже написанный текст или же начать все заново. Начать все заново… Ты понимаешь, пока ты не стал господином своей деятельности…

 

Да, я буду впадать в старый конфликт.

Это бесполезно.

 

Что же, буду исправлять старый текст.

Да, я думаю, что лучше править. Может быть, это не очень-то приятно, но это очень полезно с точки зрения ментальной дисциплины.

 

Я действительно чувствую твое письмо как милость, потому что я все бы выбросил.

 

Нет!

 

Ты заставила меня увидеть, сколь ложным это было.

Надо не уничтожить, а стать мастером выражения своего вдохновения. Ты должен стать мастером, то есть, ты не должен воспринимать вещь «как он приходит» и записывать ее «как она идет». Ты должен воспринимать вдохновение и сознавать явление выражения. Тогда это будет совершенным.

 

У меня есть привычка оставаться без движения и позволять вещи «течь».

 

Да, но твой ум активен – ум активен. Ведь Шри Ауробиндо мог делать это благодаря тому, что его ум больше не существовал; он был совершенно, совершенно неподвижен, и вдохновение проходило через него как через чистый воздух. Но твой ум… В самом деле, это дисциплина, которую тебе следует проделать, потому что твой ум имеет привычку снова становиться активным. Хорошо, когда то, что приходит свыше, идет вот так, но при условии, что ум совершенно неподвижен. Можно сказать об этом и по-другому: это чтобы научить твой ум быть неподвижным и одновременно писать.

 

 




Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.