Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Апреля 1967



Ты прочел этот отчет о ЛСД? Что скажешь?

 

Это интересно. Они имеют переживание не только на уровне грубого ощущения. Этот наркотик высвобождает сознание.

 

(Мать ничего не говорит)

 

Он освобождает сознание от всей привычки формаций.

 

А, да, это точно.

Но он сам говорит, что лучше начинать под чьим-то руководством.

 

У тебя осталось то же впечатление, когда ты дочитала до конца? Ведь ты не прочла всего.

 

То, что это нарушает равновесие существа, совершенно вне сомнения. И, очевидно, нарушение равновесия может привести вас к более высокому уровню равновесия. Но есть риск.

 

(молчание)

Вероятно, это часть подготовки. Единственно, результаты могут быть довольно катастрофическими.

Это могло бы составить часть научной дисциплины. Но тогда это и надо так делать, как дисциплину, и под надзором тех, кто знает.

Ты видишь, он очень осторожен, чтобы не говорить о пагубных эффектах. Лично я встречала двух людей, имевших этот опыт и столкнувшихся с ужасными эффектами — они решили больше никогда не прикасаться к этому в своей жизни.

Они очень осторожны, чтобы не говорить об этом.

Это следовало бы делать как обучающую дисциплину, со всеми гарантиями и наблюдениями.

Это то же самое, как и все остальное: это метод, стартующий снизу. Истинный метод начинает сверху — это труднее, менее зрелищно и занимает больше времени.

С точки зрения изучения и наблюдения это очень интересно. Но это следует делать по научному, в духе дисциплины и почти посвящения, в качестве средства изучения.

Конечно, только небольшой контакт с Силой выше беспокоит умы множества людей; и здесь эффект будет очень общим, я думаю.

Но это рискованно.

Если кто-то — кто сознателен, уже много знает, в значительной степени владеет собой и контролирует свои реакции — делает это как способ изучения, тогда это может быть очень интересным. Но может быть опасно давать это бедному малому, который ничего не знает и вовлекается в это из любопытства.

 

(молчание)

В последней части, то, что он называет «клеточный уровень», это действительно описание — ОДНО описание — клеточных явлений и активностей на их уровне сознания, а также на уровне сознания бесконечно малого. Он говорит о «больших потоках», «клеточных трансформациях», обо всем этом; это довольно точно, только…[50] Это то, что действительно происходит, но это как раз сознание, сведенное на уровень бесконечно малого. И это воспроизведение того, что происходит в других измерениях. Но, к примеру, со всей этой дисциплиной клеток, которую я имела… сейчас уже в течение многих лет, его описание произвело на меня впечатление того же самого, ВИДЕННОГО ЧЕРЕЗ ИЛЛЮЗИЮ. И эта иллюзия порождается как раз потерей равновесия: это иллюзия абсолютной реальности, тогда как это совершенно относительная реальность. Ты понимаешь, есть разница: видеть что-то с ощущением реальности, со всей безмерностью других вещей, или видеть это единственно как исключительную и уникальную реальность. Тогда исчезает ощущение гармонии и равновесия Целого. Так что это становится «грандиозным»: как он сказал, некоторые люди могут найти это устрашающим. И это как раз из-за того, что утеряно равновесие. И то же самое, на очень маленькой шкале, происходит и в личности: это видение совокупности, которое дает пропорцию всем событиям, и важность каждого события и каждой вещи полностью меняется, когда имеешь ощущение Целого, и то, что кажется ужасающими и катастрофическим или чудесным, снова становится только частью Целого. Ушло ощущение равновесия. Когда я дочитала до конца, это дало мне еще одно подтверждение моего переживания.

В некоторых случаях может быть необходимо нарушить это равновесие, чтобы войти в контакт с чем-то новым, но это всегда опасно. И способ посвящения и сдачи [surrender] всевышней Силе бесконечно превосходит этот — он только чуть труднее. Это труднее, чем принять наркотик, но это бесконечно превосходит прием наркотика.

Можно было бы назвать это «йогой, открывающей двери всем»! Но… это не безопасно.[51]

И они говорят, что значительное число людей делают это…

Нет ни тени сомнения, что работает Сила, и также несомненно, что это результат действия Силы.

Есть и другие очень интересные примеры. Один бирманец (может быть, ты слышал об этом) совсем недавно получил «премию мира», и он написал статью (он бирманец, я не знаю, на каком языке он ее написал, но она опубликована на французском языке в швейцарской газете), в которой он говорит о том, что все знают, но и о том, что все забыли: что если все деньги, потраченные на подготовку средств разрушения, были бы использованы на прогресс человечества, могли бы произойти чудеса. И затем он добавляет (я не могу точно процитировать): для этого люди — нации и люди — должны прекратить уничтожать и устрашать друг друга и должны жить в ощущении единства. И он также сказал, что если для этого ДОЛЖНА ИЗМЕНИТЬСЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ ПРИРОДА, то сейчас самое время, чтобы она изменилась, и мы должны работать к тому, чтобы это произошло.

Я очень счастлива слышать это. Он ухватил суть дела.[52]

И это начинает распространяться. В Корее тоже есть человек, он сказал то же самое, и его знают тысячи людей. Они все просят изменить [человеческую] природу ради «нового сознания».

 

(долгое молчание)

Есть кое-что интересное в этом клеточном сознании: клетки имеют гораздо более острое и точное ощущение искренности, чем в витале и разуме (даже в материальном витале и разуме). Есть некий абсолют в искренности, что очень примечательно, и клетки строги по отношению друг к другу, вот что совершенно чудесно. Это чрезвычайно интересно. Если что-то, какая-то часть, какое-то движение пытается обманывать, оно хватает его вот так [жест: схватить и свернуть шею] и таким острым и точным образом… Во всех витальных или ментальных движениях всегда есть некая [волнистый жест] гибкость, что-то, что пытается приспособиться — тогда как здесь, о!… вот так [жест негибкости]. Так что, когда есть призыв, молитва, самоотдача, сдача [surrender], доверие, все это становится таким чистым — таким чистым, кристальным, ты знаешь… о!

И есть растущее убеждение, что совершенство, реализованное в самой Материи, является ГОРАЗДО большим совершенством, чем что-либо еще. Именно это дает такую стабильность, которой нет больше нигде… Когда есть великое подношение и радость самоотдачи, радостная сдача, тогда если что-то входит даже с совсем маленьким интересом — например, страдание в маленьком уголке (болезнь или расстройство), что надеется на улучшение или желает или ожидает его — тогда это хватает вот так [тот же жест хватания и сворачивания шеи] и говорит: «О! неискренность. Сдавайся безо всяких условий.» Это великолепно.

Это очень интересно.

И эта радость, этот энтузиазм возможности: что ВОЗМОЖНО совершенно искреннее существо; что, можно сказать, позволено: «Жизнь — это такой беспорядок и путаница неискренности, что ЭТО действительно ожидается от нас; ЭТО позволяется и ЭТО должно быть реализовано: быть абсолютным в работе самосдачи.» Это чудо. Чудо!

Также, контакт со всеми этими существами Надразума, всеми этими богами, всеми этими Сущностями, всеми этими божественностями… Здесь, в клетках, есть некая… (как назвать это?) честность и, да, прямота и искренность, говорящие: «О! как они попусту суетятся! Как все это [Мать раздувает щеки] пуф! пуф! раздуто.» Это очень интересно, действительно очень интересно. Совершенно другое видение мира. Оно гораздо более искреннее — гораздо более искреннее, гораздо более прямое. Это любопытно.

Сознание, выраженное в трансформированных клетках, — это чудо. Это оправдывает все века невзгод. Ради этого стоило перенести все это. Игра стоит свеч.

Особенно все претензии, все преувеличения, вся суета, о! все это видится словно простодушными глазами очень чистого ребенка (гораздо лучше этого! это обидное сравнение).

 

(молчание)

И есть также нечто вроде внутреннего упорядочивания. Когда где-то есть боль, что-то идет не так, следует увидеть позицию других! Строгость, которая сначала говорит (приходится переводить, и от этого теряется свое очарование), но сначала это начинается с: «Не делай препятствий, не раздувай историй» (или «не делайте», в зависимости от случая). И затем, давление к осуществлению сдачи. И это действие, заставляющее циркулировать Свет везде… Я перевожу; и при переводе, к сожалению, всегда есть ментальная примесь; вещь в себе сама не думает, она не наблюдает за собой, это очень спонтанно. Очень спонтанно и как раз очень искренне. Это мило.

Это как грандиозное сообщество, ты понимаешь.

И в ходе работы есть… (как назвать это?) конгломераты или маленькие группы клеток, которые сохранили отпечатки, оставленные в них; либо что-то здесь [жест к мозгу], но здесь это наполнено большим светом, вот так, компактное; но все же есть уголки — множество уголков, маленьких темных уголков — и тогда сразу же разворачивается воспоминание обстоятельств, событий, ощущений, восприятий, наложивших этот отпечаток: все это видно в новом Свете, чтобы покончить с этим. И тогда… да, как они[53] говорят, вы «путешествуете», путешествуете в грандиозном мире, действительно; и это не что-то из прошлого, это… грандиозное Настоящее, в котором вы путешествуете.

Только, путешествуете сознательно и по воле, а не под воздействием наркотика. Это выше.

Этим утром урок был повторен с кусочками старых еще цепляющихся вещей, реакций, маленьких движений (внутренних движений): «Есть только одно решение, единственное решение: само-аннулирование, совершенная самоотдача, сдача [surrender] всего.»

И тогда есть радость Света — красота, радость… великолепие!

 

(молчание)

Это единственное средство.

Конечно, все хорошо, все возможно [Л.С.Д], но… это кажется окольным извилистым путем, приводящем в то же место.[54]

 

 




Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.