Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Июля 1967



(В начале беседы Мать выражает свое сильное несогласие с тем, что ее так называемая заметка од «арабах и израильтянах»[132] была опубликована в «Mother India» под заголовком: «Евреи и арабы». Мать протестует против использования слова «еврей», относящегося только к израильскому племени и принявшего уничижительное значение)

 

Это слово так часто используется как оскорбление… Как бы там ни было, благодаря этому, вероятно, потому что эта заметка была опубликована, эти вещи вернулись в атмосферу, и этим утром было очень, очень конкретное переживание…

Это забавная вещь, это как внезапный выход из общепринятой атмосферы мышления, которая подобна земной атмосфере (я имею в виду не обычное мышление, а самое поле человеческой ментальности), и тогда, под этим есть нечто, что видит все совсем по-другому. Это словно… Да, обычно смотрят вот так [снизу-вверх], тогда как это смотрит вот так [жест: сверху-вниз], так что когда входишь туда, то видишь то, что знаешь здесь (знаешь это, это не ново), но видишь совсем по-другому. И тогда, естественно, эта запись также делается по-другому… [Мать ищет запись]

Это пришло двумя образами. Это все ВИДНО, ты понимаешь, видно. Слова приходят потом, в попытке записать то, что было видно. И первым пришло вот что:

 

Христиане обожествляют страдание, чтобы сделать его средством спасения земли.

Затем это же пришло с небольшим различием — это все тонкости, но… С интеллектуальной точки зрения эти тонкости не ценятся, но там наверху это словно более или менее касаешься сердца вещей, то есть, сути — глубокой сути событий. И тогда это пришло совсем просто, вот так:

 

Христиане обоготворяют страдание, чтобы сделать его инструментом спасения земли.

Это трудно объяснить, поскольку различаются состояния сознания… Сейчас же это только воспоминание, но в то время это было видно — очень, очень глубокое видение, очень острое, превосходящее, конечно, все, что происходит на земле, но также и все способы выражения того, что произошло. Личность Христа и так далее — это было настолько другим! И это стало, да, можно было бы сказать «символическим», но это не то… И в то же время это указало точное место этой религии среди всех других религий в земной эволюции — в эволюции земного СОЗНАНИЯ.

Это переживание длилось полчаса, но все-все было по-другому — все было другим, причем не в своей видимости, а в глубоком смысле… Была ли разница в моем активном сознании? Я не знаю. Вот что я имею в виду: коснулась ли я области сознания, новой для меня? Может быть. Но это показалось мне совершенно другим видением земли и истории человека.

В ходе этого переживания я вспомнила, что Шри Ауробиндо написал по этому поводу: «Люди любят страдание, поэтому Христос все еще висит на кресте в Иерусалиме.»[133], и это было как… [улыбаясь] нечто вроде пены мысли, которая была совсем на поверхности там вверху, купающейся в свете свыше, и которая была интеллектуальным способом выражения того, что я видела [жест сверху-вниз], что пришло свыше… С точки зрения света это было очень интересным переживанием.

 

И как предстала эта история, виденная свыше?

 

Ты видишь, Шри Ауробиндо говорит «Человек любит страдание, поэтому Христос все еще висит на кресте в Иерусалиме», а затем я сказала, что христианство (я имею в виду вселенский или, по крайней мере, земной исток того, что выразилось на земле через христианскую религию), воздействие этой религии на землю состояло в том, чтобы «обоготворить страдание», потому что было НЕОБХОДИМО, чтобы люди поняли — не только поняли, но и почувствовали и «примкнули» к смыслу существования (вселенскому смыслу существования) страдания на земле как средству эволюции. По сути, можно сказать, что они сделали священным страдание, чтобы оно было принято как средство, необходимое для эволюции земли.

А теперь это действие было полностью использовано и должно быть превзойдено — вот почему необходимо оставить это, чтобы найти что-то другое.

 

Ты также как-то сказала: «Спасет мир не распятое, а возвеличенное тело!»[134]

 

Да. Затем христиане прислали мне рисунок с изображением Христа на кресте, а над ним — воскресший Христос в своем вознесении к небу — вот как они восприняли это!

 

Это происходит там наверху.

Да, на подъеме к небу.

 

(долгое молчание)

Имели ли ты иногда это очень глобальное видение, во времени и пространстве: в этом видении каждая вещь занимает свое место, и все скоординировано полным сознанием?… (Должно быть, это ново для меня.) Это знание-видение. Мое сознание, сознание здесь [жест вверх и вокруг] — это постоянное сознание действия. С момента начала тех созидательных вспышек Любви это сознание действия, это всегда действие — действие, действие, вечное действие; по сути постоянное творение. Но этим утром это не было действием: это было [смеясь] «наблюдение», можно сказать, наблюдение за этим действием как какое-то видение, как смотрят на картину. Вместо того, чтобы быть на самом высоком интеллектуальном плане, где есть абсолютное понимание, и каждая вещь занимает свое место, это было…. (как объяснить это?). Это знание через субъективное видение. Это не видение чего-то, инородного вам: это то же состояние сознания, что и состояние сознания деятеля, но вместо того, чтобы только делать, вы одновременно видите. Таким было переживание этим утром. Это было довольно новым в том смысле, что я имела это лишь от случая к случаю, и никогда с такой полнотой, такой ясностью и так абсолютно. Это ощущение очевидного, абсолютного, бесспорного знания — это не «пытаться выразить что-то»: это ВИДЕТЬ. Это действительно видеть, видеть, но видеть… видеть не одно за другим: видеть все одновременно, это полнота в пространстве и времени. И тогда каждая деталь видна совершенно точно, что позволяет делать такие записи [как заметка о христианстве].

Чтобы было ясно, надо рассказать все. Вчера я говорила с кем-то об этом постоянном присутствии Шри Ауробиндо, здесь: он видит, говорит, действует все время. Затем, после этого разговора, я сказала себе: «Как так выходит, что этот мозг…» Ведь, как я рассказывала тебе, когда Шри Ауробиндо покинул свое тело, несколько раз, несколько дней подряд, я стояла по одному-два часа возле его кровати, и я чувствовала — МАТЕРИАЛЬНО чувствовала — что то, что выходило из его тела, входило в мое. До такой степени, что, помнится, я сказала: «Что же, если кто-то отрицает ‘жизнь после смерти’, то у меня есть доказательство, что она существует.» Так что я сказала себе «Почему этот мозг [смеясь] работает по старой привычной схеме даже сейчас, когда есть постоянное сознание Присутствия?» И этим утром я имела это переживание, и в ходе этого переживания было такое впечатление: вот как видел Шри Ауробиндо! [Смеясь] Должно быть так!… И с некоторого времени я заметила, что как только, для этого тела или других тел, для событий, для… как только что-то сформулировано (это не желание и не стремление, но это что-то вот так, как живое восприятие возможности, которая ДОЛЖНА реализоваться — иногда это приходит), так что это делается! Это делается автоматически, сразу же. Так что этим утром, о! в течение получаса, это было таким очаровательным, таким приятным: «Ах, вот так! ВОТ ТАК мы должны видеть вещи!»

Затем я должна была заниматься другими вещами, но это здесь. И был вопрос: «Почему? Почему этот мозг не может воспринимать и транскрибировать вещи… как он это делал!»

Так что такой вывод. Я всегда слышала (но не знаю, правда ли это), что мужчины думают одним образом, а женщины — другим. С внешней точки зрения разница не видна, но, возможно, что позиция — ментальная позиция — отличается. Ментальная позиция со стороны Пракрити — это всегда действие, всегда; ментальная позиция со стороны Пуруши[135] — это всегда познание: понимание, видение в целом, а также наблюдение, как если бы он наблюдал, что Пракрити сделала, и видел, как она сделала. Теперь я понимаю, что это значит. Вот что это значит. Конечно, нет мужчины (здесь на земле), нет ни одного мужчины, который имел бы исключительно «мужские качества», как нет и женщины, которая обладала бы только «женскими качествами», ведь все это смешено и перемешено. Точно также, я не думаю, что есть хотя бы одна абсолютно «чистая» раса: этого нет, все смешено (это другой способ воссоздания Единства). Но были ТЕНДЕНЦИИ. Это как та заметка по поводу арабов и израильтян, это только способ говорить; если бы мне сказали: «Вот что Вы говорили», я бы ответила «Да, я это говорила, но я могу сказать и кое-что другое и еще много чего!» Это способ выбирать определенные аспекты и выдвигать их вперед для действия (это всегда для действия). Но в настоящий момент это так: смешено, смешено везде ввиду общего стирания различий — не ни одной нации в чистом виде, отделенной от других, этого больше нет. Но для определенного видения каждая вещь имеет свою сущностную роль, свой смысл существования, свое место во вселенской истории. Это как то сильное впечатление, что китайцы имеют лунное происхождение, что когда Луна стала остывать, некоторые существа смогли придти на землю, и эти существа стоят у истока китайской расы; но сейчас остался только след — след, являющейся памятью о том различии. И всегда так; если взглянуть на индивидов каждой расы, то в каждой расе есть все, но с памятью… памятью об особенности, которая была ее смыслом существования в великом земном развертывании.[136]

 

(Мать входит

в состояние созерцания)

 

Он был здесь, таким присутствующим, таким конкретным — Шри Ауробиндо. Ты почувствовал его?

Я прекратила из-за того, что сейчас уже много времени.

Когда он приходит вот так, ты находишься внутри — не снаружи, а внутри. И это вот так, охватывающее. Ты внутри.

Часть твоей атмосферы [жест над головой Сатпрема] совершенно, совершенно едина, вот так, нет никакого различия.

 


 

 

Август 1967

 

2 августа 1967

 

(По поводу одного начинающего тантриста, ученика Х)

 

Ты видел W?

 

Да, я виделся с ним вчера.

Он написал мне сегодня: он полон протеста. Что он говорил тебе вчера?

 

Ох…

 

Он был не в очень-то хорошем состоянии.

 

Да, совсем.

Полон протеста. Так что ночью у него были боли в сердце, болела также грудь и голова, были боли повсюду. И сегодня он мне написал: «Этого ли ты хочешь, пока не наступит конец света?» Я ответила: «Я хочу прямо противоположного!»

Я виделась с ним вчера и говорила с ним в течение получаса, но он был как… ты знаешь, как железная кочерга; он заранее решил, что не поймет ничего из того, что я ему скажу. Я пыталась войти в суть, но… Он сказал мне (это старая формация в нем), что все, что он хочет делать, он делает это некоторое время, а затем происходит катастрофа, и все останавливается. И затем он сказал, что теперь он предпринимал духовное усилие, и с ним произошла катастрофа (я не знаю, какая). Конечно, я ему сказала, что все совсем не так! Что, напротив, это было знаком того, что он достиг момента, когда могла бы открыться дверь, и он смог бы преобразиться. Но он отказался понимать. Знаешь, когда люди вот так уперлись, до них не достучишься, ничто не проходит.

Так что я подумала, что, может быть, ты мог бы с ним поговорить.

 

Я виделся с ним вчера, и мне показалось, что это пошло ему на пользу или, во всяком случае, он слушал меня…

 

У меня тоже было впечатление (вот почему я это упомянула), что он мог бы прислушаться к тебе.

 

Да, я пытался.

Тогда хорошо… Знаешь, когда люди окружают себя таким барьером и твердят «Это невозможно, невозможно, невозможно…»

 

По сути, вся трудность для него сейчас заключается в тантрической джапе, которую он делает.

 

Но почему он продолжает?

 

Да, в этом вся и проблема, он не может найти сил оторваться от нее.

А, вот как. Он продолжает…

 

Я пытался ему вчера сказать, что дисциплина такого рода очень мощна, и она хороша для некоторых, но на самом деле это как все больше и больше окружать себя силой, в которой и замыкаешься.

 

Это так. Да, это так!

 

Но ему нужна отвага покончить с этим. Вот в чем проблема.

Он не раз говорил мне: «Я хочу остановиться.»

 

Но он не осмеливается. И ты не говоришь ему больше об этом… (но, конечно, тебе трудно ему об этом сказать).

 

Вчера я объясняла ему эффект этой джапы, я объясняла ему в деталях, но думаю, что он ничего не понял. И я сказала ему сменить; я дала ему Мантру (ведь, когда делаешь это, это самое высокое освобождение). Вместо того, чтобы оставить его вообще без всего, я хотела, действительно, чтобы он делал это. Но вчера я спросила его: «Ты продолжаешь со своей джапой?», и он ответил: «О, только немного.»

Конечно, внутри всех людей (и, как следствие, вокруг), есть силы, препятствующие их реализации, и система этих [тантрических] мантр направлена на то, чтобы искать поддержки существ Надразума против этих сил, которые гораздо могущественнее их (богов) — доказательство того, что несмотря на всю их добрую волю, они [боги Надразума] никогда не могли превратить землю в гармоничное место. Мы вынуждены констатировать это. И я сказала ему, что это прямая борьба, что все эти мантры являются прямой борьбой с этой трудностью, тогда как… (и это то, что приводило к ужасной головной боли, на которую он жаловался: это опасно, конечно же, это может расстроить все функционирование). Я сказала ему прекратить то и делать это [Мантра Матери]. Я объясняла ему вчера все это. Я сказала ему, что не стоит бороться напрямую: надо полагаться на силу, которая есть внутри себя, и она есть везде и может преодолеть трудности: «Вместо того, чтобы бороться, живи в другом сознании.» Но я видела, что он был закрыт — «закрыт на ключ» — с тяжелым взглядом. Он не хотел понимать. Так что…

В течение получаса он продержал меня здесь. Было уже половина первого!

Так что, если ты объяснишь ему это, думаю, что это принесет ему благо.

 

Вчера вечером это вернулось, я коснулся чего-то.

Конечно!

 

Но…

И вот результат, он написал мне сегодня утром, что не мог уснуть всю ночь, были боли в сердце, боли повсюду (в трех-четырех местах), что он не может есть, это невозможно (картина всего самого драматического), и затем он спросил: «Хочешь ли ты, чтобы я был так до конца света?»

 

Его проблема в том, чтобы порвать с этим тантризмом.

Нет, здесь две проблемы. Одна — на уровне действия, а вторая состоит в том, что есть гро-мад-ная гордыня во всей его семье; ужасная гордыня, это формация… Это то, что было в нем вчера, это было словно запекшимся. Так что я сказала ему: «Имейте чуть больше смирения, чуть больше умеренности.»

Он не хочет отказываться, ты понимаешь.

Это ощущение, что ты ничто, ничто, совершенно ничто, когда стоишь перед лицом… можно назвать «это» как угодно, это ничего не значит (можно принимать это как угодно, начиная с идеи сознания и кончая Всевышним Господом). Но это конкретное ощущение того, что пока вы хотите оставаться зажатыми в своей маленькой личности, вы ничто, тогда как если вы отказываетесь от этой маленькой личности, вы становитесь всем. Вот что они не понимают. Гордыня — это просто… Вы имеете контакт с внутренней вечностью, внутренним всемогуществом, но вы замкнуты в своем маленьком эго, так что эго воображает себя Тем, и тогда оно самоутверждается — оно садится и не хочет больше шевелиться, это колоссальное Я. Это как раз всевышняя Истина [смеясь] в своем искажении.

Я вчера пыталась заставить его понять это, но не так прямо, я говорила очень осторожно!

Конечно, это видно: те, кто как раз противоположны, кто ползают по земле, они ничего не представляют, с ними ничего не сделаешь; так что надо пытаться дать им немного веры. Но это ничто. Тогда как с этим можно что-то сделать, но… ох! … они приходят в ярость!

Контакт с великими Асурами, первыми Асурами, такой: полное сознание их грандиозного могущества, их чудесных способностей — они забывают одно: это не их заслуга, не их собственность! Так они обрывают связи и становятся инструментом беспорядка и путаницы.

Этот же, Князь Лжи…

Для человеческого сознание все это ужасно, но, видимое свыше, это вызывает улыбку. Помню, что во время войны, когда я встретила его (я разрушила его работу с Гитлером, а затем я его повстречала), я сказала ему: «Ты хорошо знаешь, что твое время кончилось.» Он ответил: «Я знаю это, но перед своим исчезновением я разрушу столько, сколько смогу.»

Ребячество.[137]

 

*

* *

 




Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.