Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Августа 1967



 

Что ты чувствовал вчера на даршане — не на самом «даршане», а на медитации?… Ничего особенного?

 

Нет, Мать. Это было прекрасно, но я не знаю.

Ах… [разочарованным тоном] ты был дома?

 

Нет, в комнате Шри Ауробиндо.

Смотри-ка.

Представь себе, я сидела, подошло время для медитации или, быть может, это было за полминуты до установленного времени, как мгновенно, без подготовки, вот так, как удар дубиной: такое мощное нисхождение (я была полностью обездвижена) чего-то… И было так, словно в то же время Шри Ауробиндо сказал мне (поскольку определение пришло одновременно с «вещью» — это было видение, которое не было видением, это было совершенно конкретным), и словно было: golden peace [золотой мир]. И такой сильный! И это больше не двигалось. В течение всего получаса это не двигалось. Никогда… Это что-то новое, я никогда не чувствовала такого раньше. Не могу сказать… это было воспринимаемым, но не как объективное видение. И другие люди спонтанно сказали мне, что как только они сели для медитации [жест массивного нисхождения], что-то пришло с грандиозной силой, и все было обездвижено, и было ощущение покоя, которого они никогда не чувствовали в своей жизни.

Золотой мир и покой…

И это действительно производило впечатление золотого супраментального света, но это был… такой мир и покой! Конкретный покой, ты знаешь, не как отрицание беспорядка и активности, нет: конкретный покой, конкретный. Я не хотела прекращать это: ударили в гонг, но я оставалась еще 2-3 минуты. Когда я перестала, это ушло. И это составило такую большую разницу для тела — самого тела — такую разницу, что когда это ушло, я почувствовала большой дискомфорт, и мне потребовалось полчаса, чтобы восстановить равновесие.

Это приходило и ушло. Это приходило на медитацию, а затем ушло. В течение более чем получаса: сорок пять минут.

Золотой мир и покой.

И вечером [во время выхода Матери на балкон] был толпа (я думаю, что это была самое большое скопление людей за все время, люди заполнили все улицы; везде были люди, насколько можно было видеть), тогда я вышла, и когда я вышла, из всей этой толпы поднялось как… что-то среднее между мольбой, молитвой и протестом против состояния, в котором находится мир и, особенно, эта страна. И это поднималось волнами… Я смотрела на это (это было чрезвычайно настоятельным), а затем сказала себе: «Это не мой день, это день Шри Ауробиндо», и я сделала вот так [жест отхода] и выдвинула вперед Шри Ауробиндо. И затем, когда он вышел вперед, он просто сказал, очень просто: «The Lord knows better what he is doing…» [Господь лучше знает, что он делает] [Мать смеется]. Я сразу же стала улыбаться (я не засмеялась, но начала улыбаться), и пришел тот же мир и покой, как и утром.

Вот так.

«Господь лучше знает, что он делает» со своим самым совершенным чувством юмора. И сразу же все успокоилось.

Я была готова рассмеяться, я улыбалась.

Ты был у своей двери?

 

Нет, я был в доме и смотрел через окно, потому что на улице было полно людей… Но, Мать, как это так выходит, что я всегда воспринимаю одно и то же? Есть разница в интенсивности, но ВСЕГДА это одно то же. Я не жалуюсь, поскольку это восхитительно мирное, мощное, спокойное, но это всегда «одно и то же»; я не могу сказать, что одна медитация очень сильно отличается от другой: будь я с тобой или будь я на даршане, это одно и то же состояние.

 

Но в ту минуту (действительно, минуту — это не было даже постоянным во времени, это действительно минута), в ту минуту, когда я входила в контакт с тем, что я называю Всевышним, то есть, с той частью, которая занимается землей, это всегда, все годы, было и-ден-тич-но одним и тем же.

Все, что отличается, находится внизу. А это верх. И верх… вот почему я использую слово «Всевышний», ведь там нет ничего другого, кроме «Того», то есть, всевышнего Мира, всевышнего Света, некоего всевышнего спокойного Блаженства, ощущения всевышней Силы и Сознания — Сознания, которое содержит все, вот так [жест безмерности]… а затем с этим кончено. Это недвижимое. Это недвижимое — не «неподвижное», а за пределами движения, гораздо выше. И идентичное, и ощущение «вот так навечно». И это содержит все, но… [жест незыблемости, ладони рук отходят назад].

И как только касаешься этого, все прекрасно.

Изменение, движение, новое — все это тогда, когда вы находитесь на пути: на пути, когда вы имеете переживание, одно за другим, одно за другим; или когда вы находитесь на пути к трансформации, есть одно, затем другое, затем третье. Но когда вы соприкасаетесь ТАМ, с этим кончено [тот же жест неизменности]. И всякий раз, когда соприкасаешься там, это так. И это содержит все, но… вы не занимаетесь тем.[145]

И, конечно, это всевышний покой, всевышняя сила, всевышнее знание, всевышнее сознание… и кое-что еще.[146]

 

 




Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.