Мои Конспекты
Главная | Обратная связь

...

Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Покой и неистовство богов 10 страница





Помощь в ✍️ написании работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Аквариум лопнет, когда у эволюции отпадёт нужда в нём, когда миллионы существ уже не смогут выносить свои удушливые «я», прогнившие слова и самодовольные мысли, когда они задохнутся от пустых евангелий, бесполезных панацей и науки, которая ничего не знает, ничего не даёт, ничего не может и превращает человечество в одну гигантскую крысоловку из стали и бетона. У её дверцы стоят короли - экономические жандармы; они охраняют свободу, равенство и братство, которых просто не существует. А тысячи смертоносных партий тащат нас то налево, то направо, пытаясь узнать, где лучше топиться. Эволюция разобьёт аквариум.

Час пробил.

В нашем крахе - надежда на чудо.

Агония ментального Вавилона кладёт начало новому циклу - супраментальному. Величайшая в мире иллюзия рассыпается в пыль и труху, словно её никогда и не было. Её и правда никогда не было. Разделения не было. Сознание не было разорвано. Дух - не то, что мы думаем, а Материя - не то, что мы видим; жизнь, смерть - главное разделение - вовсе не то, что мы знаем, а нечто совершенно другое. Мы медленно падаем в это «нечто» и неожиданно словно становимся детьми. Оно ещё более удивительно, чем мир, в который перешла древняя рептилия, и воздух, который открыла первая птица, это другое бытиё. Не усовершенствованная ступень прежней эволюции, а скачок, эволюционный скачок к новому сознанию. «Новая эволюция», - говорил Шри Ауробиндо. Другая жизнь в материи. Другая материя. Другой закон существования.

Поскольку быть другим означает иметь другую силу.

Но бытиё начинается с капли.

 

Выход внизу

 

Природа всегда даёт нам средство перехода к другому циклу и самостоятельному совершению эволюции. Для всех она создаёт давление среды, а для каждого - внутреннее давление необходимости... нового состояния или новой среды.

Эта необходимость - рычаг перехода.

Из тысячелетия в тысячелетие у истоков движущей силы мира лежала Нужда. Она подталкивает эволюцию. Нужда в солнце живёт в сердце растения, нужда в воздухе - в сердце личинки; нужда в жизни, необходимость быть. Даже галактикам нужно расширение. Но как может стремиться к бытию то, что мертво? Смерти нет - то, чего нет, не может существовать. Никто не может нуждаться в том, чего нет ни у него, ни вообще на свете - если бы солнца не было, мы бы не нуждались в нём, а если мы нашли солнце, то это означает, что оно было уже в первых наших шагах к нему: солнце подталкивало нас и вспоминало себя в нас. Мы находим только то, что есть; подгоняемые нуждой в себе самих, мы пробиваемся сквозь тёмные слои сущего. Величайшая в мире Нужда - необходимость БЫТЬ. Она помнит себя и становится собой. У нас на глазах и у нас в глазах она медленно становится сущим. А быть означает быть всем, да и как то, что есть, может не быть всем - или оно есть, или его нет, а если оно есть, то оно есть всё. Человек не может быть частью себя и не стремиться стать целым. Каждая частичка в мире, и весь мир хотят стать всем сущим. Бытию необходимо быть. Вот и всё. Разве может ничто хотеть стать чем-либо?

От цикла к циклу, от вида к виду необходимость быть возрастает. Словно внутри горит пламя и заставляет частицы слипаться в атомы, атомы в молекулы, и так далее, до звёздных туманностей. Молекулы тянутся к первому телу, тела - к новым телам: так растёт тело мира и бытиё, но пока все молекулы и все клетки тела не обретут полного существования, нужда не иссякнет. Одно существо хочет охватить все точки и стать единым, как в межзвёздном пространстве, так и в мельчайшем атоме. А если что-то есть в самой мельчайшей точке, то оно есть и везде, ибо двух вещей или двух сущих не бывает. Мельчайшее и первое суть последнее и грядущее. Для полного бытия они едины. А раз одна точка вмещает в себя всё, то тайну, бытие и силу можно найти в атоме и в клетке. Точка - ключ ко всему миру. На вершине эволюции находится не груда усовершенствованных довесков к сегодняшнему нашему состоянию, а точка, помнящая, что она есть. Первая Материя содержит тайну последней или тайну бытия, так как другой тайны нет. В глубочайшем забвении живет совершеннейшее существо. Древнейший слой выйдет на поверхность и раскроется последним. На вершине эволюции сознание становится светоносным и склоняется над своим основанием, которое зажгло в нём огонь и отправило его в путешествие к самому себе. Воспоминание заканчивается самовоспоминанием: это ЕСТЬ. Сполна мы существуем только в своей первой материи - теле. В начале пути стоит конечное бытиё. Пламя Нужды ведёт нас в этом путешествии. Огонь Материи - высший огонь Духа: «О, Огонь, - говорит Веда, - когда мы несём тебя в себе, ты становишься высшей силой и мощью нашего существа... ты становишься множеством сокровищ, разбросанных повсюду... сыном небес на теле земли».

Язычок белого пламени.

Радость.

Этого путешествия хотела радость бытия, потому что быть означает радоваться всему, что есть. Ничего другого быть не может. Все страдания происходят от неполноты бытия. Мир страдает от отсутствия бытия, как оно есть, а существа страдают, потому что они не то, что есть. Но всё стремится к великой радости, к цельности, которой они всегда были. Скоро они покинут старый аквариум: необходимость, ключ к переходу, давление пламени разнесут стены иллюзии. Давление стало невыносимым. Ум задыхается как рыба на дне пересохшей ямы. А мы идём к новому, мы первопроходцы нового воздуха. Возможно, дышать станет радостнее.

Эта необходимость открывала все эволюционные переходы, от минерала до человека, и смена человека разумного новым видом - не исключение. Механизм перехода не изменяется. Но поскольку мы разумны, то и говорим: необходимость истины, справедливости, добра, свободы... разуму нужна двойственность, всякая вещь для него обязательно имеет обратную сторону, тень, однако победа «светлой» стороны столь же невыносима, как и триумф «тени»: к какой справедливости можно взывать, если справедливость сводится к безжалостному воплощению одной идеи, какая истина может быть заключена в нетерпимости одной мысли, что доброго в слепом уничтожении всякого «зла», таящего в себе стремление и потребность в более обширном добре? «Если вы подчиняетесь закону, согласно которому нужно карать виновных, - говорила Мать, - то знайте, что рано или поздно покарать придётся всех!... идти дальше будет просто некому». Мы ничего не знаем; ум - это не знание, а потребность в знании, оборотная сторона всех двойственных потребностей, составляющих оболочку любого существа. Но быть означает знать, что нужно каждому существу, что такое добро и истина для каждого существа, что связывает всех, что всех любит и всех понимает, - и что выводит нас за границы добра и зла, справедливости и несправедливости, истины и лжи, туда, где аквариума нет, а тысяча лучей соединяются в ОДНО. На новых этапах эволюции разрушается не зло, ставшее невыносимым, а старое Добро, вызывающее удушье и использующее необходимость бытия для поддержки своего изношенного механизма.

А в человеке, возможно, история эволюции искажена самым печальным образом - хотя наверняка утверждать это сложно: для рачительной Природы необходимо любое искажение, ибо в нём может скрываться новый поворот, таящий новые сокровища, тропинка, неожиданно выводящая нас на новую поляну... словом, любое искажение может нести новую форму одной и той же вещи, создающейся во всех временах, во всех образах бытия и во всех «искажениях». Пламя, необходимость быть - вот что такое эволюционный огонь, наше главное сокровище - «Пламя сотни сокровищ, - говорит Веда. - высшая сила и полнота бытия» - стал синонимом трагического недопонимания. Ум поймал его, как и весь мир, и повесил ярлык: «Бог, путь к небесам». Это высшее искажение и заблуждение. (Однако, с «заблуждениями» нужно быть осторожными, возможно это просто ответвления одного и того же Направления). Может быть, эволюционное будущее представлялось тёмному человеку (а мы все такие) далёким «небом» по ту сторону стенок аквариума, «раем», отделённым от наших слоев забвения невообразимыми расстояниями. Поэтому приходилось «лезть», «карабкаться», «убегать», чтобы поймать Бога, замогильное золотое Будущее. Нам снова слышится голос Миры Исмалун. При всей её экстравагантности она прекрасно поняла слова Гёте: «Вперёд, через могилы!» Но что останется от религий, если вычеркнуть смерть?.. Что останется от спасения? Мы уже упали на самое дно ямы; откуда взяться надежде на небеса в болоте, засосавшем весь мир, в ментальном хаосе, воскресившем разбитые идолы и окрасившем их в психоделические цвета; даже слепые инстинкты и древние страхи вроде бы сгинули в триумфе наук, но нам кажется, что сама наука - ещё большее бедствие, нежели все те болезни, от которых она якобы собиралась излечить. Итак, сегодня нам, кажется, скорее, чем когда бы то ни было, надо «карабкаться» и «бежать» к далёким как никогда небесам. Но они вовсе не далеки. Они никогда не были так близки! Мы барахтаемся в грязи первых эволюционных слоёв совсем рядом с изначальной тайной в сердце обнажённой Материи. Благодаря религиям, горний мир истощён, мы упали в яму, и нам остается только одно - выйти через дно.

Это «солнце во мраке» Вед.

Надо только поймать рычаг перехода.

Надо понять, где он.

Это крайне необходимо.

Пламя, задушенное ложью религий, обесцененное ярлыком «Бога», сбитое со своего пути - «идея единовластного высшего Бога наиболее неприемлема для любого просвещённого ума», - восклицала Мать, - превращённое в «единого Бога» и «единый смысл», изнанка которых непременно оказывается Дьявола, (всё это было сделано затем, чтобы уравновесить невыносимый триумф смерти), - пламя должно вновь вернуть себе истинный смысл - «сила и полнота бытия», а не гибель на «единых» небесах.

Ибо это пламя великого эволюционного перехода и ключ к целостному существу.

Оно недалеко, прямо здесь, в сердце.

«Поняв это - вспоминает Мать, - я устремилась вперёд как циклон; ничто не могло остановить меня».

Даже в восемьдесят шесть лет Она говорила: «Это настоящая жажда, нужда, нужда, всё остальное не имеет значения; ЭТО нужно. И ещё цепи - свобода, свобода... Я готова изменить всё, только не стремление, не жажду. Конечно, не всем нравится идея «Божественного», и я их прекрасно понимаю. Она сливается с этими ужасными концепциями, и немного осложняет жизнь, но ведь в этом нет нужды! Нам нужно Совершенство, Просветление, Любовь, Истина, высшее Совершенство - вот и всё! Формулы... Чем их меньше, тем лучше. Только необходимость, необходимость, которую может утолить Вещь, и ничего более, никаких полумер. Вот так! Идите своим путём, сама дорога не важна, она может быть любой, даже выступления американской молодёжи могут стать дорогой!»

 

ОТ БЕСКОНЕЧНОГО К БЕСКОНЕЧНО МАЛОМУ

 

Главный опыт

 

Мы перемещаемся по миру, бегаем туда и сюда, подобно Мирре заводим детей, видим все цвета и страны, наша жизнь может быть долгой или краткой, мы можем провести её в обличии жрицы, ничтожества, принцессы, или кого угодно, вместе с Ней гулять в Люксембургском саду, Фивах или Венеции - всё это почти неразличимо и вроде бы даже незыблемо: Она видела множество лужаек, а на голове Её могла быть как соломенная шляпка, так и золотой венец, но что это значит, что остается неизменным, что вообще есть? Все наши дела похожи друг на друга: вот мы бегаем, а вот спим, вот слушаем одну музыку, а вот - другую, вот мы читаем «Космическое обозрение», а вот - перечитываем; оно обозревает всё, но в действительности ни сегодня, ни когда-либо ещё мы ничего не видели и ничего не поняли: «что-то» где-то как-то движется, вот и всё, а какая разница, тащит оно багаж, есть у него семья, полно оно сил или бессильно? Миллионы слагаются с миллионами, и это не закончится никогда, но куда всё уходит? В Фивы будущего, в не открытое ещё Эльдорадо; что нас ждёт? Нам предстоит масса дел, но каких именно? Нас ждут миллионы чудес, но что с того? Какая нам разница, если мы не знаем, где находится то, что есть - мгновение настоящего, насущное, сегодняшнее. Ему никогда не исполнится миллион лет, и чудес завтрашнего дня оно не увидит; более того, у него нет даже прошлого: насущное движется в ужасном и неуловимом мгновении. Что это? Что оно такое? Если чего-то нет здесь и сейчас, то его нет вообще нигде, поэтому нет толку в чудесах, если настоящее мгновение не чудесно. Завтрашний день - то же, что и вчерашний, к нему ничего не прибавишь и в нём ничего не найдёшь. Раз здесь чего-то нет, то и не будет. Никогда. Будущего нет, есть только это мгновение. Прошлого нет, есть только это мгновение. Ни надежды, ни чудес, ни выигрышей, ни утрат - только один миг. Мы не откроем ничего нового, если его уже нет при нас, сверхчеловеки и сверхбоги, грядущий рай, взлёты и падения эволюции - НИЧТО; они никогда не воплотятся, если их НЕТ в настоящем.

Словом, можно неистовствовать, кричать о семи чудесах света и будущем восьмом, производить на свет новые религии, философии, детей, скитаться по свету, но если у нас нет секунды настоящего, то мы не сдвинемся ни на шаг. На странице восьмисотой ничего не изменится, тысяча крещений и тысяча жизней не приведут ни к чему: если сверхчеловека нет здесь и сейчас, то его не будет никогда, ни в какой вселенной. Любой сверхчеловек и любая вселенная, любое большее и любое меньшее существует только «здесь и сейчас», только у нас нет нужды ни в «большем», ни в «меньшем», ни в «до», ни в «после» - к «всегда-присутствующему» ничего не прибавишь и ничего не убавишь.

Это капля бытия.

Говорить можно всё, что угодно, но весь мир сводится к одному мгновению настоящего. Без него нет ни великого, ни малого, бессмысленны любые открытия, просто нечего совершенствовать. Да и его самого не усовершенствуешь. Для мира, заключённого в нём, оно - самое лучшее. Это величайшее путешествие продолжительностью в одну секунду.

В одной истории соединяются миллионы историй, обрывавшихся и начинавшихся снова лишь затем, чтобы открыть одно мгновение настоящего.

Внезапно оно пробуждается в биении сердца: «тёплое, спокойное, полное и нежное... Словно отражение в тихих водах вечности».

Оно настолько светло и прозрачно, что его будто бы и нет, оно подобно лёгкому дыханию: мы улыбаемся. Великое Чудо настолько прозрачно, что мы не замечаем его. Мы смеёмся и проходим мимо. Мы проходим мимо всего. Мы карабкаемся на вершины, воспаряем к высотам космического сознания, бродим то в платье монаха, то вовсе без платья, грешниками или святыми - всё равно; «здесь», посреди дороги, без храмов и суеты, улыбается как само лукавство, лёгкое, настолько лёгкое, что ему не нужны покровы, и настолько текучее, что его даже не поймаешь, и настолько ясное, что оно в один миг пребывает повсюду в абсолютной простоте! Миллионы лет проходят за одну секунду, юную, как вечное детство мира. Где «завтра»? Где «там»? Как мы всё усложняем!

Будущее мира - это одно мгновение.

Вечность - в настоящем.

Здесь есть всё.

Без этого нет ничего, только пустые сны. За целые века не произойдёт ничего. Мы по-прежнему будем прибавлять тонны чудес к пустоте.

Просветление Мирра почувствовала в тот день, когда услышала от кого-то: «Знаете, это не всевышний Бог, Бог - внутри, и мир стремится к нему. А религии тут ни при чём». «Я была совершенной атеисткой; до двадцати лет идея Бога приводила меня в бешенство. Словом, база была прочной - никаких фантазий, никаких мистических атавизмов; мать и отец не верили из убеждений, так что по части наследственности всё было хорошо: позитивизм, материализм. Было только одно: воля к совершенствованию в любой области и ощущение безграничности сознания - как по силе, так и по охвату. Так было с самого детства. Но разум... Полный отказ от веры в "Бога", отвращение к любым религиям: я верила только тому, что можно увидеть и потрогать. Только Свет надо мной (я чувствовала его примерно с пяти лет), и воля к совершенству: я всё должна делать лучше всех! И, наконец, безграничность сознания. Вот и всё. К Божественному я пришла через учение Теона, когда впервые услышала слова: "Божественное внутри". Я сразу же почувствовала: да, так оно и есть».

Будто рухнула стена.

Мы томимся за стеной своих представлений о мире, страхов и надежд, ведь наши надежды так бедны, что и они отрезают нас от чуда, которое просто настолько, что мы даже и не подозреваем. Оно настолько просто, что никак не может уложиться у нас в головах. Да и как нам представить его, если для ума нет ничего простого, всё для него связано с трудом и завоеванием?.. Сам ум достаточно сложен, и без сложности он не представляет себе истины: если что-то способен сделать ребёнок, то зачем нужен я! А ведь труднее всего не «обнаружить» предмет, а очистить его от сложностей, завоевать не-завоевание, стать прозрачным. Можно даже сказать, что ум - огромное здание, построенное для ловли воздуха, но вместо этого он ловит циклоны, землетрясения и прочие фейерверки - только так он ощущает существование: «Вот какой я могучий! Сколько шума, дыма, огня, движения!» Ну и что? Ни на одно мгновение он не почувствовал свежести. Он не дышал ни одной секунды. Существование он ощущает, только задыхаясь, и об утончённой науке удушья написаны уже целые тома. Возможно, рачительная Природа создала эту жуткую машину удушения лишь затем, чтобы заставить нас выбраться из плена... и обрести сознательность. Смысл существования всех заторов и барьеров - религиозных (эти не мешали Мирре), философских, политических, научных... словом, миллионов запруд и препятствий - лишь в том, чтобы, накопив побольше Шакти, побольше силы, наконец разрушить всё, что стоит у нас на пути, и дать уму вырваться на свободу. А пока мы остаёмся докембрийскими личинками, механически поглощающими жизненные соки. В общем, мы создаём не науку, не философию и не религию, а ШАКТИ. Мы растим БЫТИЁ под стеклянным колпаком. Но это только стеклянный колпак. Мирра собирала свой циклон двадцать шесть лет. Вдруг всё вроде бы улаживается (или осложнения исчезают): Она попадает на лекцию об Индии. «В то время я ничего не знала об Индии, один вздор. Я даже не знала, что такое МАНТРА. Я пошла на чью-то лекцию. Лектор в течение года занимался йогой в Гималаях, и рассказывал о своём опыте (не очень интересно). Неожиданно он произнес звук ОМ. Тут комнату, в которой мы сидели, залил вибрирующий золотой свет (похоже, заметила это только я) - и всё моё тело, всё как-то странно задрожало. Это было откровение - всё охватила вибрация. Я сказала: "Наконец-то настоящий звук!"» Лектор «поймал звук».

Примерно в ту же пору случилась и другая история (решительно, всё это напоминало заговор): некий индиец, будучи проездом в Париже, дал Ей книгу Вивекананды; Мирра же никогда прежде не читала индийских книг: «Просто чудо: кто-то сумел мне что-то объяснить!» Она читала книгу запоем. Затем, другой путешественник дал Ей «Бхагавад-Гиту» и сказал: «Прочти это, но помни, что Кришна в Гите - это внутренний Бог». Индия настойчиво стучалась в двери Мирры. Нет, Она так и не стала ученицей индусов или адептом «религий Индии» (там, кстати, нет религий - всё это чепуха); даже самые экзотические религии представлялись Ей ошибочными, нет, тут речь шла о ВНУТРЕННЕМ - не книги, не Индия, а Она сама. «Через месяц работа была сделана!» Одним махом Мирра избавилась от всех сложностей.

В жизни и правда бывают моменты, когда все обстоятельства словно объединяются в безмолвном заговоре и ведут человека; ему не нужны ни «великие события», ни мудрые учителя, ни волшебные слова - порой тихий шёпот, случайная встреча, незнакомец попадаются на нашем пути и стена мгновенно рушится. Мы потрясены: «Да я же и так всё это знал!» Всегда одно и то же: «Я-и-так-это-знал». В этом знании нет ничего нового, но мы словно впервые сталкиваемся с ним. Будто человек встречается с самим собой; эта встреча неуловима, её вообще как бы и нет, но воздух уже изменился. Тихий вдох. Можно пожать плечами и пройти мимо: это знание недостаточно сложно для нас, но если однажды откроется дверца, если сверкнёт в слуховом окошке крепости голубой небосвод, если вы поймаете этот лёгкий вздох, то вы вернётесь к нему, словно вас будут тянуть силой. Хотя его будто бы и нет, оно полно высшей мощью, текущей через года... как улыбка. Оно связывает все жизни. И то самое неуловимое мгновение тянет вас за руку, словно в течение миллионов пустых часов не было ничего, кроме него. Маленькая кристально чистая капля. Сама Сила. Чистая. Она одна существовала на протяжении бесчисленных и бессмысленных веков. Она совсем не серьёзна, но кроме неё нет ничего. Она непрочна, как улыбка, но сильнее тонны урана - ей миллионы лет, и она не спешит, не хвастается, а просто ждёт своего часа, ей не нужны чудеса, ибо чудо - она сама. За одно мгновение она легко пересоздаст мир. Это сила, играющая вселенскими циклами и медленно вытягивающая нас от состояния простейших к человеческой силе бытия. Когда этот путь будет пройден, нам не понадобятся ни машины, ни уран, чтобы возместить собственное бессилие. Мы будем жить в радости. Мы просто будем. Человек движется к самому себе.

Не надо только думать, что Мирре было достаточно лишь одного мгновения «как такового». Если что-то случилось однажды, так должно быть всегда, в любую минуту, даже в мгновение, связующее два шага, когда мы прогуливаемся по бульвару или поднимаемся по лестнице, - всегда. Эти секунды настолько пусты, настолько задавлены бессмысленной пустотой, что, кажется, готовы взорваться «чем-то». В такие моменты жизнь превращается в сущую муку. Мы словно попадаем в перевёрнутый пустой мир, и всё вокруг душит нас, будто не осталось ничего, кроме неразумия, бессмыслицы и пустоты; всё, что движется, пусто настолько, что кажется до предела болезненным - это просто... нужда, без смысла и даже без желания. Что тут можно желать, что тут вообще есть? Это чистая нужда, и всесильная пустота как бы превращается в единственную полноту, само биение нашего бытия: то-чего-ещё-нет будто бы мучается оттого, что оно есть, и ничего, кроме него, не существует; «насущное ничто» рвётся наружу из каждого шага, каждого жеста - жгучая нужда бытия... белое пламя. Оно горит. Просто так. Горит, и всё. Оно есть, ибо горит. Бытиё - огонь. Пустота - огонь, полнота - огонь. Огонь горит и в ничто, и в нечто. Всё одинаково, и мы уже не знаем, нуждаемся мы или нет, абсурдно это или нет, хотим мы или нет, живём или нет, есть или нет - один и тот же огонь горит в каждом шаге. Пока он горит, нет больше ничего, ибо это - бытиё нашего бытия, единственная полнота, единственный смысл, единственное сущее «здесь».

Ведь это всегда здесь.

Всегда. Нечего искать, нечего находить: нужда, пустота, удушье - это огонь. Добро - огонь и зло - огонь; всё есть огонь, и что нам во всех веках! Это горит: это есть. Вот и всё. Завтрашний день и вчерашний, мудрость и глупость, здесь и там - всё одно: раз горит, значит существует. Наконец, огонь сжимается настолько, что тело становится для него слишком тесным, оно переполнено бытиём-огнём, которое не может оставаться в своей оболочке. Человек тогда едва не взрывается. Повсюду он натыкается на стены: они внутри, вовне, в живых существах, в вещах; мир словно состоит из стен, будто сам огонь возвёл преграды на своём пути, или, скорее, дал нам почувствовать их - жизнь теряет естественность, она переполнена ложью, и мы удивляемся, как могли жить здесь. «Чем ближе к другой стороне, тем больше различий - говорила Мать. - Пока человек барахтается в невежестве, он не понимает, в чём разница». Наступает черёд последнего удушья. Это «бронзовая дверь». «Я ни о чём не могла думать: мир сжимался всё больше, а я словно сидела перед закрытой дверью и чувствовала физическую боль от этого давления» Мирра ощущала её постоянно: во время прогулки по бульвару Сен-Мишель, по пути к Люксембургскому саду Она едва не попала под трамвай и даже не заметила этого. Она «всё сильнее стучалась в дверь. И вдруг без всякой видимой причины - я была в самом обычном состоянии, - раз! дверь открылась. И вот... свет, излучение, простор постоянно были со мной, только не несколько часов, а многие месяцы! Я чувствовала, что это знает и хочет, что оно направляет мою жизнь и ведёт меня. Так было всегда с того мгновения. Когда мне нужно было принять решение, я умолкала на мгновение и получала оттуда ответ.

Всё изменилось. Прежнее положение вещей исчезло навсегда... будто я стала другим человеком». Меняется вся жизнь: «Изменения захватывают весь мир: всё, что казалось истинным, естественным, нормальным, реальным, осязаемым, представляется гротескным, странным, нереальным, абсурдным. Вы прикоснулись к высшей истине, высшей красоте и никогда не потеряете их». Человек как будто рождается заново. Если он знает, это знание непосредственно; он знает потому, что есть - лошадь, воробей, камень, ребёнок - одно и то же существо. Он прекрасно знает себя, что здесь, что за миллионы километров. Он знает, что делать, знает, что говорить, а жизнь впервые становится естественной. Само существо не меняется, но теперь оно знает и свой путь, и пути миллионов других и тех же самых, что и оно, существ. Это простое, непосредственное и безошибочное знание, - сама Гармония. «Это очень удобно, в любую минуту вы будто прикасаетесь к великому свету...» Вот что такое главный опыт. «Огонь, - говорит Веда, - знающий пути всего рождённого... ты - полнота, ведущая нас до конца. Твоё сияние и в небе и в земле, и в полях, и в водах... живой океан света, видящий божественными глазами. Он - дитя вод, лесов, неизменного и подвижного. Человек найдёт его даже в камне, он повсюду дома, ибо он - одно во всех творениях».

 

Физическое спасение

 

Но путешествие ещё не закончилось.

Можно остаться здесь и почить в блаженстве, но наш покой ни на йоту не изменит мир. Этот свет поможет нам служить обедни, писать Евангелия и творить чудеса, однако обедни не спасают мир, а чудеса тянут в ту же яму. Мы «спасены», так что с того? Мир-то не спасён, а наше тело - первый мир - сгниёт в могиле, так спасение ли это? Что вообще спасено, если всё закончится могилой, ведь кроме тела нет ничего? Пока не «спасётся» это тело и эта материя, не спасётся ничего, ибо «по ту сторону» тела нет ничего? Существует только «это». Если в этой маленькой клетке, и в этом мгновении не сосредоточен весь мир, его вообще нет, как нет и истины. В абсолютной ограниченности живёт абсолютная бесконечность. В бесконечно малом сосредоточено всё. «Спасение должно быть физическим», - скажет Мать. «Наша йога начинается там, где заканчиваются все остальные» - добавит Шри Ауробиндо.

Мирра понимала, в чём дело. Она была не из тех, кто почиёт в блаженстве или служит обедни. Она вообще ненавидела обедни и проповеди: «Они хотят выразить истину ясным и недвусмысленным образом, чтобы сказать: вот-это-истина, - вот где нищета всех религий: это истина, а всё остальное - ложь. Если вы считаете, что какое-то положение истинно, то можете быть уверены, что столь же истинна и его противоположность. Усвоив это, вы будете готовы что-то понять...» Она вплотную столкнулась с «противоположностями» - вечными противоречиями человеческой натуры, ума, тела: всё это Мирра пережила и в себе самой, и вовне. Мы сияем на вершине мироздания, видим и обладаем абсолютным знанием обо всём... пока не откроем глаза. Извне или изнутри, пыхтя и скрежеща зубами, к нам подкрадывается древний зверь Противоречия - повсюду одни противоречия, да-нет, добро-зло, истина-ложь, жизнь-смерть, и никак нам не убежать от них! Да и «куда бежать? Некуда! Откуда нам убегать? Кроме этого ничего нет». Нам не уйти от самого бытия. Мирра начала искать ключ - «противоположность» помогает достичь целого: «Боясь неверного поступка, мы отказываемся от действия; боясь неверного слова, приходим к молчанию; боясь... Дело добродетели всегда сводилось к тому, чтобы вычеркнуть что-то из жизни. Если собрать все добродетели в мире, на свете не останется почти ничего... Так поступают многие, но происходит это, вероятно, от бедности и бессилия - сокращать, сокращать, сокращать... а мир становится таким убогим... Чтобы не ошибиться, мы уничтожаем возможность ошибки - разве так излечишься? Люди просто сводят мир к минимуму, а естественное завершение этого процесса - Нирвана. Но если бы Господь хотел только Нирваны, то и была бы одна Нирвана. Конечно же, он желал сосуществования всех противоположностей, что и оказывается для Него основой целостности». Вот так Мирра нащупала простой ключ, с которым можно пройти до самого конца, то есть смерти, последнего «противоречия», до сих пор скрывающего от нас полную целостность. Препятствие - это рычаг. Противоположность - это рычаг. Благодаря ему мир продолжает расти с тех самых пор, когда первые простейшие начали задыхаться в своем болоте (будь у них разум, они, конечно, сказали бы, что удушье - это Зло, великое Зло, сотворённое могущественным дьяволом эволюции). Здесь лежит причина величайшей нищеты всех духовных учений мира, корень их несостоятельности и отказа от мира: раздираемые религиями, полные греха и Материи, одеяния греха, люди отправили Бога на небеса (это не так уж плохо), а сами продолжали жить в материальном мире как шаловливые мальчишки - хоть немного, да повеселимся, а после нас - хоть потоп. «Логично будет заключить: мир обречён, достоин порицания, антибожественен, так что же делать? - Если жизнь не отбросишь, надо отбросить Божественное». Вот люди и отказываются от рычага эволюции - одни отворачиваются от мира, а другие - от чистых небес. Короче говоря, как идеалисты, так и материалисты, каждый на свой лад, пытаются выправить великое Противоречие: первые - через спасение, последние - через машины. И все «убеждены, что если бы они создавали мир, то никогда не совершили бы тех ошибок, которые совершил Бог!» - шутила Мать. А в общем, свободы, силы и рычага нет ни у кого. Так в чём же великое Зло мира? При всех наших религиях, философиях и системах в горниле Природы мы остаёмся так называемыми «высшими млекопитающими». У Природы же нет философии, только «дела». Её дела и есть «философия». Мы добавляем туда всякую всячину, а Природа терпит её... пока это не мешает её движению. Она движется вперёд, вот и вся её философия. Мы не знаем, какая философия была у высших рептилий, и было ли в ней место раю, но они летали. Главное было летать. Конечно, пересохшие болота и раскалённый воздух были для них великим Злом, ибо угрожали существованию рептильих принципов, словом, ничего хорошего для рептилий в этом не было. От вида к виду нас преследуют «враждебные» противоречия, и мы, несчастные человеческие создания, окружены паразитами как деревце в лесу или саженец в саду: на каждого из нас приходится по паразиту, по противнику, и каждый постоянно сталкивается с тем, чего не хотелось бы видеть, и что мешает стать... да кем же? Наверное, совершенным человеком - такими мы хотим быть, только миллионы совершенных людей затерялись бы на поверхности нашей прекрасной земли, а кроме того, у Матери-Природы совершенно иные планы. Для неё нет ничего «против», всё за - за движение. Наверное, этот урок нам ещё только предстоит усвоить. Поняв, что нет ничего такого, что было бы «против», мы приблизимся к великому Рычагу. Надо не отбрасывать помехи и препятствия, не отдавать в руки Бога или Дьявола, а на мгновение задуматься, в чём их суть - тогда мы будем близки к решению. А мы, как младенцы эволюции, причитаем: «О, как это чудесно!» - значит, от Бога. - «О, как это ужасно!» - значит, от Дьявола. Мы просто не видим, что чудесно всё, что каждое мгновение - это чудо; нашим глазам доступен лишь микроскопический отрезок пути, а всё, что растёт не так, как должно расти в этот бессмысленный миг, кажется нам злом. Впрочем, наше добро столь же абсурдно, сколь и зло: мы не осознаём, что живём в идее мира, а не в самом мире! Разум неизлечим: он привык резать невозмутимую целостность на кубики, но та не обращает на это внимания и разворачивается дальше - в ней-то противоречий вообще нет. Там есть всё, и всё создано для развития, всё заключено в возрастающем целом. Ведь в мире нет двух вещей, повсюду - одно. Все противоречия ведут к нему, все «нет» тянут к «да», геометрической точке мира, в которой все противоречия сливаются в одно и становятся одним в силу своей противоречивости.

Доверь свою работу ✍️ кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.