Мои Конспекты
Главная | Обратная связь

...

Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Введение





Помощь в ✍️ написании работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

 

 

В постсовременном мире складывается новая конфигурация «мироцелостности», в которой отчетливо проявляются две тенденции – глобализация и локализация, одной из форм которой выступает регионализация. Решение теоретических проблем глобализации и регионализации в настоящее время предполагает выход на новый уровень концептуализации. Этот уровень задается теми концепциями, в рамках которых глобализация рассматривается как становление мира в виде единого геопространства, включая сюда и его осмысление в различных культурно-идеологических дискурсах.

Новое видение мироцелостности позволяет сблизить позиции «глобалистов» и «локалистов», а также наметить новые методологические подходы к изучению глобализации и регионализации в эпоху пост­модерна. В начале XXI в. эти подходы формируются в рамках культуры неоглобализма и методологии нового универсализма. Представители культуры неоглобализма признают, что в постсовременном мире, с одной стороны, идет процесс глобализации, а с другой – возрастает значение локальных, в том числе и региональных, различий. Методология нового универсализма предполагает видение глобального целого как геопространственного образования, в котором его региональные компоненты необходимо соотнесены посредством всеобщих, прямых и обратных связей, и где процессы глобализации и регионализации развертываются одновременно и взаимообусловленно, где глобальное формирует региональное, а региональное – глобальное.

В рамках культуры неоглобализма в научный оборот было введено понятие глокализации в значении синтеза глобального и локального, включающего в себя локальные, в том числе и региональные, «ответы» на «вызовы» глобализации. Осмысление тенденций глокализации выступает основой для разработки различных сценариев глобальной трансформации и моделей грядущего миропорядка. Специалисты считают, что этот миропорядок, идущий на смену эпохе Модерна, рождается в контексте противоборства трех исторических тенденций: модернизации, постмодернизации и демодернизации (неоархаизации).

Общество модерна, сложившееся на Западе, претерпело серьезную трансформацию в постиндустриальную эпоху. В настоящее время на Западе широкое распространение получила концепция «золотого миллиарда», согласно которой богатым постиндустриальным странам (США, Западная Европа, Канада, Япония и др.), раньше других вступившим на путь постмодернизации, гарантировано привилегированное существование на Земле, и поэтому миллиарду граждан постиндустриальных стран сегодня противостоит остальное человечество, обслуживающее интересы транснационального капитала. В связи с этим исследователи отмечают, что сегодня роли основных персонажей исторической драмы перевернулись: теперь уже Запад начинает защищать свою цивилизационную исключительность, а «жернова» Востока распространяют глобальную гомогенность.

В эпоху глобализации принципы общества модерна были, как подчеркивают специалисты, по-своему восприняты и переплавлены в недрах неотрадиционных восточных обществ, в ряде случаев полностью отринувших культурные корни и исторические замыслы модерна, но вполне воспринявших внешнюю оболочку современности, ее поступательный цивилизационный импульс. В результате рождается транснациональная конструкция глобального сообщества, которая характеризуется неравновесностью и рискогенностью создавшейся ситуации. Все это является источником пристального интереса к нестационарным моделям грядущего миропорядка, часть сценариев которого строится исходя из принципов и методологии контролируемого хаоса (А.И. Неклесса).

Сегодня начинает терять свой первоначальный смысл традиционное деление мирового геопространства на Запад и Восток. Это деление было результатом европоцентризма, у истоков которого стоял западный романо-германский мир. Европоцентризм – это геостратегическая концепция, обосновывавшая претензии западноевропейской цивилизации и «образцовой» западноевропейской культуры на интегрирующую роль в мире, начиная с эпохи великих географических открытий. Однако претензии на «духовное» превосходство западной культуры, форпостом которой в настоящее время являются США, в эпоху глокализации наталкиваются на решительное сопротивление со стороны незападного мира.

На рубеже ХХ–XXI вв. в мире произошли два масштабных геостратегических сдвига. Первый сдвиг, случившийся вследствие распада Советского Союза и мировой системы социализма в начале 90-х гг. прошлого века, положил начало эпохе однополярной глобализации. Возникновение однополярного мира, с одной стороны, сопровождалось установлением в мировом масштабе гегемонии США, претендующими на мессианскую исключительность в постсовременном мире. С другой стороны, большая часть остального мира оказалась на положении американской империи, которая ста­ла полем распространения американских идей, американской модели экономического развития и американского образа жизни, ставшими обязательными для всех. Наряду с политическими, экономическими, военными рычагами, мощь империи стала опираться и на всемерно пропагандируемую идеологию либерализма, которая, считалось, триумфально взяла верх над другими идеологическими соперниками.

Соединенные Штаты Америки сегодня являются единственной сверхдержавой и, видимо, будут оставаться таковой в ближайшие десятилетия. США заметно превосходят другие государства по своему экономическому и особенно военному потенциалу, а построенная ими система междуна­родных отношений все еще существует. Однако эта система, как считают специалисты, уже дала глубокие трещи­ны, а однополярная глобализация, провоцирующая новые угрозы и новые конфликты, оказалась главной проблемой человечества в начале нового тысячелетия, свидетельствующей о том, что глобальный интеграционный тренд в форме американизации потерпел неудачу и прак­тически исчерпал себя.

В результате начался второй геостратегический сдвиг, связанный с отмиранием однополярного мирового порядка и фор­мированием полицентрического геопространства. Некоторые специалисты называют этот сдвиг новой геополитической революцией, движущей силой которой становятся развивающиеся страны, заявившие о себе в качестве самостоятельных и значимых акторов на международной сцене (К.Н. Брутенц). В связи с этим надо отметить, что одним из основных акторов в этом геопространстве сегодня становится Азия, переживающая радикальные изменения и уже накопившая потенциал, необходимый для перерас­пределения геостратегических ролей. Отмечая это, участники 6-го регионального форума «Пекин–Токио», состоявшегося осенью 2010 г., назвали этот международный тренд «Золотым веком развития Азии».

В настоящее время в Азии сформировались две модели азиатского регионализма – Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество (АТЭС) и Шанхайская организация сотрудничества (ШОС). Региональная группировка АТЭС была создана в конце 80-х гг. прошлого века. В нее входит 21 экономика стран бассейна Тихого океана, включая в том числе США, Китай, Японию, Австралию, Новую Зеландию и Россию. В странах, экономики которых входят в АТЭС, проживают около 40 % мирового населения, на них приходится приблизительно 54 % ВВП и 44 % мировой торговли. Это позволяет говорить о формировании в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР) нового мирового полюса экономической мощи, наряду с США и Западной Европой.

Важную роль в азиатском регионализме играет также Шанхайская организация сотрудничества – региональная международная организация, созданная в 2001 г. и объединяющая Китай, Россию, Казахстан, Узбекистан, Киргизию и Таджикистан. Цель создания ШОС – обеспечить региональную безопасность и содействовать экономическому сотрудничеству, противодействовать угрозам терроризма, сепаратизма, экстремизма, наркоторговли и организованной преступности. В настоящее время ШОС, куда подали заявку о вступлении Иран, Индия и Пакистан, становится важным игроком на «мировой шахматной доске», а главное – примером успешной реализации проекта многополярного мира.

В связи с этим следует отметить, что Китай и Россия при поддержке других участников ШОС объявили регион зоной своих национальных интересов. В этом плане деятельность ШОС является важным симметричным «ответом» на «вызовы» однополярного мира, основанного на американской гегемонии. ШОС не является военно-политической организацией, однако становится очевидным, что если продолжится экспансия НАТО в зону национальных интересов стран-участниц ШОС, то эта организация вынуждена будет стать ведущим военно-политическим и экономическим союзом в Евразии. В результате американская геостратегическая «петля анаконды» в Евразии, где зоны национальных интересов пересекаются и требуют установления новых правил регионального геопорядка, стала рваться. В Евразии начала трансформироваться и геопространственная формула «США – ЕС – АТР» в «ЕС – США – ШОС».

Таким образом, Евразия сегодня становится одним из основных сегментов глобального геопространства. В связи с этим актуализируется роль зарубежного регионоведения как отрасли современного научного знания, занимающегося изучением процессов регионализации в условиях глокализации в различных геопространственных сегментах постсо­временной «миросистемы». Одним из таких сегментов выступает евразийский метарегион, под которым в широком смысле подразумевают всю Евразию как самый большой континент на планете. Евразия как континент, расположенный в северном полушарии, состоит из двух частей света – Европы и Азии и насчитывает порядка 98 стран, его площадь составляет около 54 млн кв. км (36 % всей суши Земли), население – около 4,8 млрд человек (3/4 всего населения планеты).

Евразию часто называют «островом-материком», в структуре которого выделяют две метагеографические оси, тянущиеся примерно параллельно друг другу с северо-запада на юго-восток. Первая ось – евро-индийская, начинающаяся на крайнем северо-западе Европы, идущая далее через Южную Европу и Средиземноморье на Ближний Восток и заканчивающаяся в Индии. Вторая ось – российско-китайская, начинающаяся на Кольском полуострове, продолжающаяся на Русском Севере, проходящая далее через Урал, юг Западной Сибири, частично Казахстан, Алтай, Центральную Азию и заканчивающаяся в Китае. Особую роль на этой оси играют Россия и Китай – страны-цивилизации, периодически выступающие как периферийные или пограничные геопространства, отделенные от «большого» остального мира внутренними центростремительными интенциями и стремлением изолироваться от внешнего мира. Евро-индийская и российско-китайская оси представляют собой, как отмечают специалисты, метагеографические водоразделы Евразии, или большие геократические пояса, воздействующие на ее геополитические и геокультурные ритмы, а возможно, и всего мира.

Метагеографические водоразделы Евразии связываются между собой относительно небольшим цивилизационным ядром – Ираном, тяготеющим к географическому центру Евразии и обнаруживающим на протяжении долгого времени цивилизационную устойчивость с точки зрения внешних цивилизационных влияний Европы, России, Индии, Китая. Иначе говоря, на метагеографической карте Евразии Иран является, как образно подчеркивают геокультурологи, цивилизационным «тормозом», как бы предохраняющим евразийское геопространство от слишком опасных центробежных движений.

Особенностями метагеографических осей Евразии является то, что посередине этих водоразделов находятся геократические «разломы», перманентно порождающие сильные геокультурные, геоидеологические и геополитические флуктуации и турбулентности. К таким геократическим «разломам» на евро-индийской оси относятся Ближний и частично Средний Восток, включая восточную часть Малой Азии и практически всю Месопотамию, на российско-китайской оси – Центральная Азия, включающая Синьцзян и прилегающие к нему Тибет, Западную Монголию и, возможно, некоторые современные районы Казахстана, Киргизии, а также север и северо-восток Афганистана.

Эти геократические «разломы», характеризующиеся наличием геоидеологического синкретизма, т.е. сочетания взаимно противоборствующих религиозных и культурных идей, метафорически называют «глазом бури», концентрирующим всю отрицательную энергетику межцивилизационных взаимодействий в их геокультурном выражении, и периодически взрывающимися геополитическими и военными катаклизмами (Д.Н. Замятин).

В различных геопространственных построениях понятие Евразии используется в узком смысле как евразийский метарегион, включающий Россию, Китай, Монголию, Казахстан, Таджикистан, Киргизию, Узбекистан, Туркмению, Иран, Азербайджан, Армению, Грузию, Южную Осетию, Абхазию, Турцию, Украину, Молдавию и Белоруссию. В таком понимании Евразия занимает осевое геопространственное положение в мире, являясь связующим звеном между Востоком и Западом, Югом и Севером, и поэтому во многих геостратегических концепциях контроль над ней рассматривается в качестве ключевой проблемы.

Особое место в евразийском метарегионе занимает Россия, которая иногда отождествляется с самой Евразией. Это обусловлено, во-первых, тем, что в классических геополитических построениях Россия рассматривается в качестве «Центральной Земли» (Heartland) Евразии как «Мирового острова» (World Island), а русское «Большое Пространство» как «Географическая Ось Истории». Во-вторых, отождествление России с Евразией обусловлено стратегическими соображениями, связанными с тем, что геополитическое положение и геоэкономический потенциал России позволяет ей стать базой евразийской интеграции и региональной самостоятельности.

В таких условиях особое значение для России в плане ее будущего приобретает евразийский геостратегический проект, который исходит из того, что она является единственной страной от Атлантики до Тихого океана, через которую могут пройти коммуникации между тремя мировыми полюсами экономического и технологического развития в Западной Европе, Восточной Азии и Северной Америке. Этот проект основан также на идее создания многомерного коммуникационного пространства, в котором Россия выступает транслятором геокультурного диалога между Западом и Востоком и геоидеологического диалога между Югом и Севером. Евразийский геостратегический проект открывает пе­ред Россией, с ее геопространственными и цивилизационными преимуществами, далеко идущие перспективы. Реализация этого проекта может привести к утверждению за Россией статуса региональной державы и, соответственно, новой расстановке сил на международной арене. В этом плане геостратегические перспективы России во многом будут определяться тем, насколько ей удастся, используя уникальный цивилизационный опыт и новые возможности в условиях глокализации, объединить и «обустроить» евразийское геопространство. Но для этого России в условиях фор­мирования глобального полицентрического геопространства требуются стратегическое видение, политическая воля и общественное согласие.

В рамках «Зарубежного регионоведения (евразийские исследования)» большое значение придается изучению особенностей отдельных евразийских регионов и специфики взаимодействия между входящими в них государствами. Одним из них выступает Черноморско-Каспийский регион, занимающий пограничное положение между Европой и Азией. Геостратегическая значимость этого региона определяется тем, что здесь, с одной стороны, проходят важные геопространственные коммуникации по направлениям «восток – запад», «север – юг», а также транспортные коридоры, контроль над которыми сегодня фактически определяет контроль над всем евразийским пространством, а с другой стороны, сконцентрированы огромные природные ресурсы, что предо­ставляет немалые возможности для реализации различных геостратегических интересов. Поэтому Черноморско-Каспийский регион является пространством геостратегического соперничества основных мировых и региональных сил, которые хотели бы доминировать в этом стратегически важном евразийском сегменте.

В настоящее время Черноморско-Каспийский регион предстает средоточием и пересечением самых различных цивилизационных, этнокультурных и других параметров или моделей развития человеческих общностей. Одной из особенностей этого региона является то, что по нему проходит линия «разлома» между христианской и мусульманской цивилизациями. В связи с этим Черноморско-Каспийский регион представляет собой сложный узел проблем, обусловленных не только борьбой крупных мировых держав за свои геостратегические интересы, но и этническими и конфессиональными противоречиями, а также территориальными спорами между входящими в него государствами.

Черноморско-Каспийский регион опасен потенциальными конфликтами, грозящими в любой момент разрастись в серьезные локальные войны, и поэтому страны этого региона, наряду с мировыми державами, в значительной мере несут ответственность за усиление региональной конфликтогенности и появление новой «кризисной дуги», ставящей под угрозу стабильность и безопасность всего евразийского геопространства. Вследствие этого Черноморско-Каспийский регион является одним из ключевых в системе евразийских отношений.

Геостратегические сдвиги на рубеже XX–XXI вв. впервые в истории выдвинули на роль лидера в Евразии США – неевразийскую державу, ставшую главным арбитром в отношениях между евразийскими государствами, в том числе и в Черноморско-Каспийском регионе, и стремящуюся к тотальному геостратегическому контролю над ним. Вместе с тем в Черноморско-Каспийском регионе формируется новый центр евразийского регионализма, главными акторами которого выступают Россия, Турция и Иран. Эти крупные государства со значительными внешнеполитическими амбициями имеют собственные геостратегические интересы, которые сталкиваются с геостратегическими амбициями США.

В связи с этим западные эксперты называют два основных желательных для Запада геостратегических сценария развития ситуации в Черноморско-Каспийском регионе, который получил название Евразийских Балкан. Во-первых, это – сценарий, связанный с постепенным вытеснением России из региона, лишение ее контроля над его ресурсами и системой углеводородных коммуникаций, а также планируемого возрождения великого шелкового пути. Во-вторых, это – сценарий, предполагающий использование ОДКБ (Организация Договора о коллективной безопасности – военно-политический союз, созданный несколькими государствами Евразии) и, возможно, ШОС под главенством НАТО для закрепления однополярного мира под предлогом борьбы с международным терроризмом и странами-изгоями. Соответственно, российские эксперты разрабатывают иные геостратегические сценарии развития ситуации в Черноморско-Каспийском регионе, основанные на принципах многополярности постсовременного мира и утверждения России в качестве региональной державы в Евразии в целом и в Черноморско-Каспийском регионе в частности.

Данный учебник написан в соответствии с требованиями общей образовательной программы «Зарубежное регионоведение (евразийские исследования): Россия и страны Черноморско-Каспийского региона». Целью этой программы является формирование у студентов профессиональной культуры, позволяющей заниматься профессиональной деятельностью в области зарубежного регионоведения, включающей предоставление информационных, коммуникационных, аналитических, консультационных, образовательных и иных услуг организациям и частным лицам, которые нуждаются в комплексной систематизированной информации о зарубежных странах и регионах. Объектами профессиональной деятельности являются исторические, политические, социальные, экономические, демографические, лингвистические, культурные, религиозные и иные явления и процессы, происходящие в Черноморско-Каспийском регионе.

Студенты, обучающиеся по этой образовательной программе, готовятся к таким видам профессиональной деятельности, как: организационно-коммуникационная, направленная на обеспечение дипломатических, внешнеэкономических и иных контактов с зарубежными странами и регионами, а также контактов органов государственной власти, заинтересованных ведомств и общественных организаций на территории Российской Федерации с представителями стран Черноморско-Каспийского региона; информационно-аналитическая, связанная с исследованием основных тенденций развития политических систем и экономик Черноморско-Каспийского региона, их социально-политических, военных, торгово-экономических и культурных связей с Российской Федерацией, международной деятельности отдельных зарубежных и
региональных организаций; редакционно-издательская, освещающая проблематику стран Черноморско-Каспийского региона в средствах массовой информации, периодических изданиях, а также в общественно-политической, научно-популярной и художественной литературе; культурно-просветительская, связанная с культурными обменами и гуманитарным взаимодействием, организацией выставок, презентаций, аукционов и иных мероприятий в сфере культуры; научно-исследо­вательская и преподавательская деятельность в области изучения прикладных проблем развития стран Черноморско-Каспийского региона, включая языки, историю, политику, экономику, демографию, религию, культуру населяющих их народов.

Предметным полем общей образовательной программы «Зарубежное регионоведение (евразийские исследования): Россия и страны Черноморско-Каспийского региона» выступает геопространство, территориально включающее Турцию, Иран, Армению, Азербайджан, Грузию и Россию, представленную ее южными субъектами, входящими в Южный и Северо-Кавказский федеральные округа (Ростовская, Волгоградская и Астраханская области, Краснодарский край, республики Адыгея и Калмыкия; Ставропольский край, республики Карачаево-Черкесия, Кабардино-Балкария, Северная Осетия–Алания, Ингушетия, Чечня и Дагестан). На территории региона находятся также частично признанные государства – Республика Абхазия и Республика Южная Осетия. Общая площадь региона составляет 3 205 900 кв. км, на которой проживают около 190 млн человек.

При подготовке учебника авторы учитывали опыт создания учебников и учебных пособий по международному регионоведению (И.Н. Барыгин), социологии международных отношений (А.П. Цыганков, П.А. Цыганков), геополитике (Ю.В. Тихонравов), геополитике современного мира (И.А. Василенко), геополитике и политической географии (В.А. Колосов, Н.С. Мироненко), геоэкономике (Э.Г. Кочетов).

Авторы использовали также результаты евразийских научных исследований, полученные как российскими, так и зарубежными учеными (Р.И. Беккин, З. Бжезинский, Ю.А. Веденин, К.С. Гаджиев, П. Дарабади, В.В. Дегоев, А.Г. Дугин, Д.Н. Замятин, А.А. Игнатенко, А.В. Малашенко, С.А. Модестов, А.И. Неклесса, М. Олбрайт, С.М. Рогов, Д.В. Тренин, Р.Ф. Туровский, С. Хантингтон, В.Л. Цымбурский).

Большой вклад в изучение Черноморско-Каспийского региона сегодня вносит научное академическое сообщество, сложившееся на Юге России. В настоящее время здесь сформировалось несколько научных центров и творческих групп, уделяющих особое внимание изучению Черноморско-Каспийского региона.

Одним из них является созданный в 1999 г. Центр системных и региональных исследований и прогнозирования ИППК ЮФУ и ИСПИ РАН (руководитель – В.В. Черноус). Сотрудниками центра в серии «Южнороссийское обозрение» было издано свыше 70 монографий и сборников научных статей, посвященных различным геополитическим, георелигиозным, геокультурным, геоэкономическим и геоисторическим аспектам изучения региона. Сотрудниками Регионального центра этнополитических исследований Дагестанского научного центра РАН (директор – А.К. Алиев) активно изучаются в региональном контексте геополитические процессы в Дагестане.

В 2005–2009 гг. в составе Южного научного центра РАН работал сектор геополитики, сотрудниками которого был подготовлен ряд крупных исследований по геополитике Кавказа, иранскому кризису. Сотрудниками центра ведется постоянная работа над «Атласом геополитических проблем Юга России». В этом издании(редактор Г.Г. Матишев) содержится информация по этническим, конфессиональным, политическим, социально-экономическим и конфликтогенным аспектам региональной динамики, в том числе терроризму, межэтническим и межрелигиозным столкновениям, сепаратизму.

В 2009 г. в СКНЦ ВШ ЮФУ была создана Лаборатория геополитических проблем Черноморско-Каспийского региона (заведующий – В.Н. Рябцев). Большой вклад в изучение Черноморско-Каспийского региона вносят ученые высших учебных заведений: в Южном федеральном университете – И.П. Добаев, А.Г. Дружинин, В.В. Черноус; Адыгейском государственном университете – З.А. Жаде; Астраханском государственном университете – П.Л. Карабущенко, Р.Х. Усманов; Кубанском государственном университете – А.В. Баранов, А.А. Вартумян, В.М. Юрченко; Пятигорском государственном лингвистическом университете – В.Н. Панин; Чеченском государственном университете – В.Х. Акаев.

Учебник написан в рамках геопространственного подхода в региональных исследованиях, где предметом изучения выступают не только те или иные регионы как спатиальныеобласти конфликтов и сотрудничества, но и процессы геопространственной регионализации, сопровождаемые созданием различных взаимодействующих и конкурирующих интеграционных группировок. В настоящее время регионализация рассматривается как инструмент противодействия негативным последствиям глобализации, который является средством поддержания относительного равноправия в мире огромного неравенства потенциалов отдельных стран.

В рамках геопространственного подхода предметом рассмотрения выступают прежде всего различные геообъекты, или геопространственные таксоны, в их территориальном размещении и взаимодействии. Методологические трудности выделения таких таксонов на основе ихобщих свойств и признаков обусловлены тем, что они состоят из множества реальных геообъектов, связанных с реальной жизнедеятельностью людей в региональном геопространстве, обладающем политической, экономической, этнической, культурной, идеологической и религиозной спецификой.

Геопространственный подход предполагает холистское (целостное) изучение Черноморско-Каспийского региона как спатиальной (пространственной) области конфликтов и сотрудничества в разных ракурсах. Это позволяет выявить его локальную специфику и место в евразийской конфигурации. Методологическую основу геопространственного подхода в региональных исследованиях составляют геоисторическая, географическая, геополитическая, геокультурная, георелигиозная, геоидеологическая и геоэкономическая парадигмы.

В соответствии с методологией геопространственного подхода учебник состоит из следующих разделов: 1. Зарубежное регионоведение: методологические основы региональных исследований (руководитель – А.В. Лубский); 2. Геоистория Черноморско-Каспийского региона (руководитель – В.Н. Шевелев); 3. География Черноморско-Каспийско­го региона (руководитель – А.О. Дайкер); 4. Геостратегическая характеристика стран Черноморско-Каспийского региона (руководитель – А.Г. Дугин); 5. Геополитика Черноморско-Каспийского региона (руководитель – В.В. Черноус); 6. Геоидеология Черноморско-Каспийского региона (руководитель – Ю.Г. Волков); 7. Георелигия Черноморско-Каспийского региона (руководитель – И.П. Добаев); 8. Геокультура Черноморско-Каспийского региона (руководитель – А.В. Сериков); 9. Геоэкономика Черноморско-Каспийского региона (руководитель – В.М. Белоусов).

Литература

Атлас социально-политических проблем, угроз и рисков на Юге России. Т. I– IV / Под ред. акад. Г.Г. Матишева. – Ростов н/Д: Изд-во ЮНЦ РАН, 2006–2010.

Барыгин И.Н. Международное регионоведение: учебник для вузов. СПб.: Питер, 2009.

Беккин Р.И. Исламская экономическая модель и современность. М.: Изд. дом Марджани, 2010.

Бжезинский З. Великая шахматная доска. М.: Международные отношения, 1999.

Брутенц К.Н. Великая геополитическая революция // Мировая экономика и международные отношения. 2012. № 10.

Василенко И.А. Политическая глобалистика: учеб. пособие для вузов. М.: Логос, 2000.

Веденин Ю.А., Туровский Р.Ф. Культурная география. М.: Ин-т наследия, 2001.

Гаджиев К.С. Геополитика Кавказа. М.: Международные отношения, 2001.

Дарабади П. Кавказ и Каспий в истории и геополитике XXI века. М.: «Весь мир», 2010.

Дегоев В.В. Большая игра на Кавказе: История и современность. М.: Русская па­норама, 2001.

Добаев И.П. Кавказский макрорегион в фокусе геополитических интересов мировых держав: история и современность. Ростов н/Д: ЮНЦ РАН, 2007.

Дружинин А.Г. Теоретические основы географии культуры. Ростов н/Д: Изд-во СКНЦ ВШ, 1999.

Дугин А.Г. Основы геополитики: Геополитическое будущее России. М.: Арктогея-центр, 2000.

Замятин Д.Н. Мускулы евразийского мира // Независимая газета. 2009. 16 дек.

Игнатенко А.А. Политический радикализм в исламе. – М.: Институт религии и политики, 2004.

Колосов В.А., Мироненко Н.С. Геополитика и политическая география. М.: Аспект Пресс, 2001.

Кочетов Э.Г. Геоэкономика. Освоение мирового экономического пространства: учебник для вузов. М.: Норма, 2010.

Малашенко А.В. Исламские ориентиры Северного Кавказа. М.: «Гендальф», 2001.

Модестов С.А. Геополитика ислама. М.: Молодая гвардия, 2003.

Неклесса А.И. Homines Aeris. Люди воздуха, или Кто строит мир? М.: Институт экономических стратегий, 2005.

Олбрайт М. Религия и мировая политика. М.: Альпина Паблишер, 2007.

Рогов С.М. Стратегия России в Евразии в XXI веке // Новая газета. 2010. 26 февр.

Тихонравов Ю.В. Геополитика: учеб. пособие. М.: ИНФРА-М, 2000.

Тренин Д.В. Post-imperium: евразийская история. М.: РОССПЭН, 2012.

Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. М.: АСТ, 2007.

Цыганков А.П., Цыганков П.А. Социология международных отношений: Анализ российских и за­падных теорий: учеб. пособие для студентов вузов. М.: Аспект Пресс, 2008.

Цымбурский В.Л. Остров Россия. Геополитические и хронополитические работы. 1993–2006. М.: РОССПЭН, 2007.


 


 


Раздел 1

Доверь свою работу ✍️ кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.