Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Империализм, оппортунизм, предательство



 

По Беллу, Тоффлеру и др. постиндустриалам, производственные отношения уходят в архив истории вместе с индустриальным обществом. В архив истории соответственно уходит и капитал с его могильщиком — рабочим классом. Нет производственных отношений — нет и классовой борьбы. И никакой социальной революции быть не может по определению в информационном обществе. Как говорится, что и требовалось доказать… При всей этой учёнейшей благоглупости непроизвольно возникает вопрос: а сохранится ли производство без производственных отношений? Сохранится ли жизнь?

Стремление доказать неизбежность затухания классовой борьбы при империализме столь велико у тех, кто изучал марксизм не по Ленину (не дай бог!), а по Каутскому, Бернштейну, Гильфердингу, что они, «бывшие левые», воспаряют над межимпериалистической схваткой в космическую высь социально стерильного (бесконфликтного) информационного общества. Даниел Белл в 30—40 годы минувшего века грешил марксизмом, изучая его в оппортунистической интерпретации названных выше авторов. Вспомним, что ещё К. Каутский в своей немарксистской теории ультраимпериализма пытался доказать возможность мирного сосуществования капиталистов-монополистов и пролетариев. «Действительный смысл его «теории», — писал Ленин, — один и только один: реакционнейшее утешение масс надеждами на возможность постоянного мира при капитализме посредством отвлечения внимания от острых противоречий и острых проблем современности и направление внимания на ложные перспективы какого-то якобы нового будущего «ультраимпериализма».

Сегодня то же самое делают последователи Каутского: отвлекают внимание отчаявшихся масс от острых проблем и противоречий современности путём направления его, этого внимания, на ложные перспективы нового будущего в виде информационного общества. С 1990-х годов до 2007 года это работало, а по-том стало давать сбои: кризис, охвативший экономику и финансовую сферу капиталистического мира, поставил под вопрос сохранение социальных льгот для империалистических наций «золотого миллиарда». Капиталу, чтобы и в условиях кризиса сохранить свои астрономические прибыли, ничего не остаётся, как наступать на интересы трудящихся масс, которые он в 1990-е и нулевые годы прилично подкармливал за счёт разорения России.

Натиск на права людей труда освобождает их от мещанских иллюзий социального мира и благоденствия, ведёт к росту левых настроений. Они усиливаются во Франции, становятся заметными в Англии, Италии, Испании. Даже в, казалось бы, благополучных США средний американец, трудящийся, ощутил дыхание кризиса и, пожалуй, впервые за последние четверть века обратил внимание на бесстыдно растущий разрыв между своими доходами и доходами финансовой олигархии. Как это ни парадоксально, миллиардер Трамп уловил и отразил изменения в социальном настроении трудовой Америки. Он говорит о незащищённости рабочего класса, о необходимости поставить промышленное производство впереди производства сферы услуг. Он громит финансовую олигархию за забвение интересов бедных американцев!.. Многое из того, что проповедовал «социалист» Берни Сандерс, слетает с уст Трампа. На что не пойдешь, защищая Капитал!

Но проповедь буржуазного социализма Сандерса и обличение «несистемным» Трампом американского глобализма, который, по его словам, дорого обошёлся для простого американца, — свидетельство глубокого кризиса социальной и политической системы не только флагмана капиталистического мира — США, но и всего этого мира. Если бы к общему кризису капитализма добавилось мощное рабочее движение! Но увы, его нет пока. И вряд ли будет в ближайшей перспективе. Нет этого движения по причине в том числе и затянувшейся эпохи оппортунизма в международном коммунистическом движении. Началась она с ХХ съезда КПСС, с доклада Хрущёва о культе личности Сталина, а по сути — с осквернения советского социализма — ленинского проекта социалистического переустройства России в условиях диктатуры пролетариата в форме Советов. Отказ от этой диктатуры на ХХII съезде КПСС открыл простор для в конце концов оппортунистического перерождения не только руководства КПСС, но и ведущих компартий Европы: итальянской, французской, испанской. Классовая борьба пролетариата была свёрнута. Она растворилась в буржуазном парламентаризме.

На антисоветизме, антиленинизме вырос еврокоммунизм. Горбачёвская перестройка была его логическим завершением. За массированными атаками на Сталина надо видеть атаки на основы ленинизма. Глумливая перестройка в СССР завершила процесс массового оппортунистического предательства. М. Горбачёв — его персонифицированное выражение.

История подтвердила с абсолютной точностью верность ленинского предупреждения, «что борьба с империализмом, если она не связана неразрывно с борьбой против оппортунизма, есть пустая и лживая фраза»; «что частнохозяйственные и частнособственничес-кие отношения составляют оболочку» обобществлённого капиталом производства в эпоху империализма, оболочку, «которая может оставаться в гниющем состоянии сравнительно долгое (на худой конец, если излечение от оппортунистического нарыва затягивается) время».

Империалистический Запад, США прежде всего, не упустил своего шанса в пору разрушительной перестройки в СССР. Не оставил он без внимания и процессы идейного и политического кризиса в международном коммунистическом движении. Нет никакой случайности в том, что в то же время, когда формировался еврокоммунизм, происходили разработка и внедрение в массовое сознание новых буржуазных теорий общественного развития — тех же теорий конвергенции, постиндустриального, информационного общества. Отдельно скажем впереди о теории войны цивилизаций. Так что не только прикармливание трудящегося большинства империалистических наций, не только многомиллиардные долларовые затраты на образование «пятой колонны» в СССР, но и модернизация буржуазного идеологического арсенала была в центре внимания стратегов мирового капитала.

Классовые противники коммунистов не прощали им ошибок и упущений в идеологической войне двух социальных систем. Если выделить самую большую уязвимость КПСС, которую буржуазные идеологи и теоретики использовали с максимальной выгодой для капитала, то это отказ от главного в марксизме-ленинизме — от идеи пролетарской диктатуры (демократии трудящегося большинства, что есть, по Ленину, «признающее подчинение меньшинства большинству государство»), идеи революционно-преобразующей роли рабочего класса. Без её воплощения в жизнь, без борьбы за её превращение в материальную силу партия будет коммунистической только лишь по названию. Такая участь постигла в конце концов великую партию советских коммунистов — КПСС.

Идея пролетарской диктатуры после XXII съезда КПСС мгновенно не исчезла из партийного и общественного сознания. И на практике со снятием Хрущёва с высших партийных и государственных должностей она ещё проявляла себя во внутренней жизни советского общества и в критические моменты классового противостояния двух социальных систем. Пролетарской твёрдости и воли хватило советскому руководству в брежневский период управления страной, чтобы пресечь контрреволюционную (антисоветскую) деятельность воинствующих диссидентов (осуждение и последующая высылка из страны Амальрика, Буковского, Даниэля, Синявского, Щаранского и др., высылка из СССР Солженицына).

Этой твёрдости и воли хватило и для пресечения буржуазной контрреволюции в Чехословакии в 1968 году. Но уже в означенный период в окружении Генсека ЦК КПСС, в ряду его постоянных консультантов, появились люди, коих не без оснований можно назвать сознательными агентами опасного влияния (академики АН СССР Арбатов и Иноземцев, известные журналисты — Бурлацкий, Бовин и др.). Леонид Ильич добродушно говорил о них: «Мои социал-демократы».

Весьма терпимо, если не сказать больше, относились на партийном олимпе и к еврокоммунизму в международном коммунистическом движении. В международном отделе ЦК КПСС регулярно писались аналитические записки, свидетельствовавшие об антисоветской направленности еврокоммунистического руководства компартий Франции и Италии, но наверху было решено не доводить дело до конфликта. Процветавший в идеологической деятельности сусловский догматизм и доведённый до перестраховочного совершенства бюрократизм, помноженные на отталкивающее славословие в адрес «верного ленинца дорогого Леонида Ильича», — всё это порождало среди интеллигенции, в особенности в молодёжной среде, сарказм и злую иронию (питательную почву для отчуждения от КПСС, как покажет горбачёвская перестройка).

Всё это при прогрессирующем росте мещанства (обыкновенного и интеллигентского) в обществе и партии, то есть с ростом стяжательства под прикрытием бюрократической деловитости и циничного карьеризма, когда уверение в верности марксизму-ленинизму стало ритуальным для прохождения наверх, не могло не привести к идейному и политическому предательству. Оно и заявило о себе в «перестройку». Поначалу под покровом социалистической терминологии, а затем и открыто, Горбачёв, Ельцин и иже с ними — всего лишь персонифицированное выражение массового идейного и политического предательства. Иными словами, того массового оппортунизма, об опасности которого предупреждали коммунистов К. Маркс, Ф. Энгельс, В. Ленин, И. Сталин. Что было дальше — всем известно.

 




Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.