Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Исполнение российскими судами поручений иностранных судов



Исполнение иностранных судебных поручений в России порождает вопросы, относящиеся к:

1. содержанию поручения, исходящего от иностранного суда;

2. порядку передачи поручения иностранного суда компетентному российскому суду;

3. процессуальным правилам, подлежащим применению российским судом в ходе исполнения поручения иностранного суда;

4. случаям, когда поручение иностранного суда не подлежит исполнению.

1. Виды процессуальных действий, совершение которых может быть возложено на российский суд поручением иностранного суда, перечислены в ч. 1 ст. 407 ГПК РФ: «вручение извещений и других документов, получение объяснений сторон, показаний свидетелей, заключений экспертов, осмотр на месте и другие» (см. также ч. 1 ст. 256 АПК РФ).

Обоим перечням (предусмотренным как ГПК РФ, так и АПК РФ) придан примерный характер, позволяющий включать в содержание судебного поручения осуществление процессуальных действий, прямо в перечнях не упомянутых. В этой связи заслуживает внимания п. 15 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 11 июня 1999 г. № 8 «О действии международных договоров Российской Федерации применительно к вопросам арбитражного процесса», согласно которому предметом судебного поручения могут быть, в частности, принятие мер по обеспечению иска, признание и исполнение судебного решения, взыскание судебных расходов и т.д. Нет препятствий к тому, чтобы данный подход был бы воспринят и судами общей юрисдикции.

2. Иностранные судебные поручения передаются российским судам «в порядке, установленном международным договором Российской Федерации или федеральным законом» (ч. 1 ст. 407 ГПК РФ, см. также ч. 1 ст. 256 АПК РФ). Федерального закона об оказании международной правовой помощи в настоящее время нет. Его проект подготовлен, но пока не принят51.

Что касается международных договоров с участием нашей страны, то в них представлено несколько вариантов направления судебных поручений из-за границы в Россию и наоборот.

a. Простейшая схема закреплена в Соглашении о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности (Киев, 20 марта 1992 г.), в соответствии с которым «при оказании правовой помощи компетентные суды и другие органы государств-участников Содружества Независимых Государств сносятся друг с другом непосредственно» (абзац 3 ст. 5).

b. Сравнительно несложный способ передачи судебных поручений, состоящий в том, что судебный орган одного государства может направить запрос непосредственно за границу назначенному другим государством центральному органу, обязанному принимать иностранные судебные поручения и передавать их для исполнения компетентным органам своей страны, предусмотрен ст.ст. 1 и 2 Конвенции о получении за границей доказательств по гражданским или торговым делам (Гаага, 18 марта 1970 г.)

Такая же система воплощена в ст.ст. 2-3 Конвенции о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским или торговым делам (Гаага, 15 ноября 1965 г.)52 Вместе с тем Конвенция 1965 г. допускает существенное упрощение этой процедуры, поскольку, при отсутствии возражений со стороны запрашиваемого государства, она «не создает препятствий для:

a. возможности свободно посылать судебные документы почтой непосредственно лицам, находящимся за границей;

b. возможности судебных и иных должностных лиц или других компетентных лиц запрашивающего государства осуществлять вручение судебных документов непосредственно через судебных или иных должностных лиц или других компетентных лиц запрашиваемого государства;

c. возможности любого лица, заинтересованного в судебном разбирательстве, осуществлять вручение судебного документа непосредственно судебными или иными должностными лицами или другими компетентными лицами запрашиваемого государства» (ст. 10).

c. Иной порядок, предполагающий направление поручений о правовой помощи компетентными учреждениями юстиции Договаривающихся Сторон «через свои центральные, территориальные и другие органы», зафиксирован в Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (Минск, 22 января 1993 г.) в редакции Протокола от 28 марта 1997 г.

При этом «Договаривающиеся Стороны определяют перечень своих центральных, территориальных и иных органов, уполномоченных на осуществление непосредственных сношений, о чем уведомляют депозитария» (ст. 5).

Под «территориальными и другими органами» применительно к России следует, в частности, понимать соответствующие органы субъектов Российской Федерации, которые могут получить право на непосредственные контакты с органами юстиции других государств-участников Конвенции, будучи включены в только что упомянутый перечень53.

Аналогичная формулировка присутствует и в ст. 5 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (Кишинев, 7 октября 2002 г.).

d. Некоторыми международными договорами предусмотрено, что пересылка судебных поручений осуществляется между министерствами юстиции запрашивающего и запрашиваемого государств (см., например, ст. 3 Договора между Российской Федерацией и Республикой Польша о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским и уголовным делам (Варшава, 16 сентября 1996 г.), ст. 4 Договора между Российской Федерацией и Эстонской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (Москва, 26 января 1993 г.).

e. В ряде международных договоров фигурирует условие о том, что «при оказании правовой помощи учреждения Договаривающихся Сторон сносятся друг с другим в дипломатическом порядке» (см., в частности,ст. 4 Договора между Союзом Советских Социалистических Республик и Республикой Кипр о правовой помощи по гражданским и уголовным делам (Москва, 19 января 1984 г.), ст. 4 Конвенции между Союзом Советских Социалистических Республик и Итальянской Республикой о правовой помощи по гражданским делам (Рим, 25 января 1979 г).

В таких случаях российский суд направляет запрос о выполнении судебного поручения в Министерстве юстиции РФ, пересылающее судебное поручение в запрашиваемое государство через Министерство иностранных дел РФ и российских консулов в упомянутой стране.

При отсутствии международного договора о правовой помощи между Россией и соответствующим иностранным государством судебные поручения могут исполняться на условиях международной вежливости, а связанная с этим корреспонденция направляется через Министерство юстиции РФ по дипломатическим каналам (см. п. 19 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 11 июня 1999 г. № 8 «О действии международных договоров Российской Федерации применительно к вопросам арбитражного процесса»).

Судебное поручение должно, в частности, содержать:

f. «наименование органа, запрашивающего его исполнение, и запрашиваемого органа, если он известен запрашивающему органу;

g. имена и адреса сторон в судебном разбирательстве и их представителей, если таковые имеются;

h. характер и предмет судебного разбирательства, для которого запрашивается доказательство, с кратким изложением всех связанных с ним сведений;

i. доказательство, которое требуется получить, или другое процессуальное действие, которое подлежит исполнению» (ст. 3 Конвенции о получении за границей доказательств по гражданским или торговым делам, Гаага, 18 марта 1970 г)

Аналогичные требования к судебным поручениям изложены в ст. 7 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (Минск, 22 января 1993 г.) и в ст. 7 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (Кишинев, 7 октября 2002 г.).

3. В ходе исполнения иностранного судебного поручения российские суды руководствуются нормами российского законодательства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации (см.ч.3 ст. 407 ГПК РФ, см. также ч.3 ст. 256 АПК РФ).

Согласно Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (Минск, 22 января 1993 г.) «при исполнении поручения об оказании правовой помощи запрашиваемое учреждение применяет законодательство своей страны. По просьбе запрашивающего учреждения оно может применить нормы запрашивающей Договаривающейся Стороны, если только они не противоречат законодательству запрашиваемой Договаривающейся Стороны» (п. 1 ст. 8). Та же формулировка в п. 1 ст. 8 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (Кишинев, 7 октября 2002 г.) сопровождается оговоркой о том, что «запрашивающая Договаривающаяся Сторона должна представить текст процессуального закона».

Аналогичные правила отражены и в ст. 9 Конвенции о получении за границей доказательств по гражданским или торговым делам (Гаага, 18 марта 1970 г.): «в том, что касается порядка и процедуры исполнения, судебный орган, исполняющий судебное поручение, применяет законодательство своего государства.

Однако если запрашивающий компетентный орган просит о применении особой процедуры, такая просьба удовлетворяется при условии, что данная процедура не противоречит законодательству запрашиваемого государства или ее применение не будет невозможно ввиду несовместимости с внутригосударственной практикой и процедурой или из-за практических трудностей».

Гражданское процессуальное законодательство устанавливает определенные требования, которым должны соответствовать документы, исходящие из-за границы и представляемые российским судам.

В силу ч. 1 ст. 408 ГПК РФ «документы, выданные, составленные или удостоверенные в соответствии с иностранным правом по установленной форме компетентными органами иностранных государств вне пределов Российской Федерации в отношении российских граждан или организаций либо иностранных лиц, принимаются судами в Российской Федерации при наличии легализации, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации или федеральным законом» (см. также ч. 1 ст. 255 АПК РФ).

Легализация иностранных документов заключается в установлении и засвидетельствовании подлинности подписей на этих документах и соответствия их законам государства пребывания. Легализация возложена на российских консулов за границей (ст. 55 Консульского устава Союза Советских Социалистических Республик 1976 г., абзац 9 ст. 8 Положения о Консульском учреждении Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. № 1330). Венская Конвенция о консульских сношениях от 24 апреля 1963 г. допускает выполнение консульских функций дипломатическими представительствами (ст. 3).

Судебная практика исходит из того, что легализация иностранных официальных документов, предназначенных для представления российским судебным органам, может осуществляться только российскими дипломатическими или консульскими учреждениями.

В одном из дел было установлено, что фирма, предъявившая иск и называющая себя иностранным юридическим лицом, в подтверждение своего статуса представила регистрационные документы, заверенные иностранным консулом в России.

В связи с этим Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ отметил, что «арбитражный суд Российской Федерации принимает в качестве доказательств официальные иностранные документы при условии их легализации дипломатическими или консульскими службами Российской Федерации в том иностранном государстве, где документы изготовлены.

Следовательно, иностранные официальные документы при отсутствии на них легализации, осуществленной российскими дипломатическими или консульскими службами, … не могут рассматриваться как допустимые доказательства по делу и не могут подтверждать правового статуса иностранной фирмы в деле» (п. 1 Обзора практики разрешения арбитражными судами споров, связанных с защитой иностранных инвесторов. Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 18 января 2001 г. № 58)54.

Официальный документ, составленный в государстве, которое, как и Россия, участвует в Конвенции, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов (Гаага, 5 октября 1961 г.), должен быть снабжен апостилем, т.е. штампом по специальной форме. Апостиль проставляется на самом документе или на отдельном листе, скрепляемым с документом (ст. 4), и удостоверяет «подлинность подписи, качество, в котором выступало лицо, подписавшее документ, и в надлежащем случае подлинность печати или штампа, которым скреплен этот документ» (ст. 5)55.

В некоторых случаях ни легализации, ни апостиля не требуется. Так, согласноКонвенции о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским или торговым делам (Гаага, 15 ноября 1965 г.) «орган или судебное должностное лицо, полномочное в соответствии с законодательством запрашивающего государства, обращается к центральному органу запрашиваемого государства с запросом, составленным в соответствии с образцом, прилагаемым к настоящей Конвенции, без необходимости какой-либо легализации или выполнения других аналогичных формальностей» (абзац 1 ст. 3).

Конвенцией о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (Минск, 22 января 1993 г.) предусмотрено, что «документы, которые на территории одной из Договаривающихся Сторон изготовлены или засвидетельствованы учреждением или специально на то уполномоченным лицом в пределах их компетенции и по установленной форме и скреплены гербовой печатью, принимаются на территориях других Договаривающихся Сторон без какого-либо официального удостоверения» (п. 1 ст. 13).

Аналогичное правило содержится в п. 1 ст. 12 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (Кишинев, 7 октября 2002 г.) и в ст.6 Соглашения о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности (Киев, 20 марта 1992 г.).

Законом, далее, предусмотрено, что «документы, составленные на иностранном языке, должны представляться в суды Российской Федерации с надлежащим образом заверенным их переводом на русский язык» (ч. 2 ст. 408 ГПК РФ, см. также ч. 2 ст. 255 АПК РФ).

Гражданское процессуальное законодательство устанавливает исчерпывающий перечень оснований для отказа в исполнении иностранного судебного поручения. Так, согласно ч. 2 ст. 407 ГПК РФ «поручение иностранного суда о совершении отдельных процессуальных действий не подлежит исполнению, если:

1. исполнение поручения может нанести ущерб суверенитету Российской Федерации или угрожает безопасности Российской Федерации;

2. исполнение поручения не входит в компетенцию суда»56.

Если первое основание не требует комментариев, то со вторым дело обстоит несколько сложнее, поскольку здесь могут быть различные варианты:

a. исполнение поручения не входит в компетенцию суда общей юрисдикции, но входит в компетенцию арбитражного суда;

b. исполнение поручения не входит в компетенцию судебных органов, но входит в компетенцию других государственных органов (например, органов исполнительной власти);

c. исполнение поручения вообще не входит в компетенцию государственных органов Российской Федерации.

В последнем случае поручение объективно не может быть исполнено: его просто некому исполнять. Однако в двух предыдущих случаях суд не вправе возвратить поручение только на том основании, что оно выходит за пределы его компетенции.

По прямому указанию, содержащемуся в ст. 6 Конвенции о получении за границей доказательств по гражданским или торговым делам (Гаага, 18 марта 1970 г.), «если орган, которому передано судебное поручение, не компетентен исполнить его, поручение должно быть незамедлительно отправлено в тот орган данного государства, который в соответствии с законодательством компетентен его исполнить».

Аналогичное правило сформулировано в п. 2 ст. 8 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (Минск, 22 января 1993 г.): «если запрашиваемое учреждение не компетентно исполнить поручение, оно пересылает его компетентному учреждению и уведомляет об этом запрашивающее учреждение»57.