Мои Конспекты
Главная | Обратная связь

...

Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Полные тексты сообщений



Помощь в ✍️ написании работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Republic.ru, Москва, 23 декабря 2016

ВЕЗДЕСУЩИЙ ЛЕВИАФАН. КТО РАЗРУШАЕТ РОССИЙСКИЕ ГОРОДА

Автор: Мария Элькина

Гибель исторических построек - от Выборга до Москвы

Выборг, один из самых красивых городов Северо-Запада России, превращается в руины. Какие-то дома снесены, от каких-то от времени и необитаемости остался только каркас, кое-что сгорело. Происходит это со скоростью эпидемии: гуляя по улицам, легко предсказать, какой дом следующим превратится в груду кирпича и штукатурки. Это один их самых вопиющих примеров, но каждый, кто был свидетелем состояния исторической архитектуры в городах центральной России или следил за скандалами со сносом зданий в Москве, поймет, что это не проблема одного города.

Разрушить за несколько лет

Выборг - необычный город. Когда-то принадлежавший шведам, а до 1940-го года - второй по величине город Финляндии, он собрал в себе культурные слои, которые не сочетаются, пожалуй, больше нигде. Здесь и шведское средневековье, и российский ампир, и финский национальный романтизм, и функционализм, и даже выдающаяся в своем роде позднемодернистская гостиница "Дружба". Главная местная достопримечательность - библиотека Алвара Аалто, ранний шедевр финского архитектурного гения. Ее недавно открыли после сложной и скрупулезной реконструкции, о которой распорядился лично Владимир Путин. Все это вместе придает Выборгу непривычный шарм. Еще десять лет назад сюда ездили из Петербурга почти как в Европу - Выборг был близкой и безвизовой версией Таллина или Вильнюса: мощеная рыночная площадь с рестораном в круглой башне, несколько регулярных кварталов с узкими улицами, индустриальный вид на залив.

Последние пять лет появился другой, горький повод доехать до Выборга: очевидно, что многое сегодня можно увидеть в последний раз. Катастрофа кажется необратимой. Апокалиптический пейзаж разрушающихся домов дополняют разбитые дороги, тут и там прорванные трубы и тротуары во льду по всей длине. Выборгское запустение совершенно не похоже на то, которое бывает в экстремальные периоды - скажем, после войны или во время других больших катаклизмов. Такой разрухи, как сейчас, в городе не было даже в нищие 1990-е - тогда некоторые дома все-таки восстанавливали за частные деньги.

Впервые тревогу в связи с плачевным положением дел забили в 2013-м году, когда в связи с обрушением верхних этажей был целиком снесен дом XIX века на Крепостной улице. Не то чтобы раньше все было идеально: многие дома ветшали. Но груда обломков в самом центре образовала слишком заметную дыру. Не замечать проблему было невозможно. Приехал губернатор Ленинградской области Александр Дрозденко, обещал, как водится, взять ситуацию на личный контроль. Активисты, неоднократно выходившие на митинг, требовали принять закон о зонах охраны по примеру петербургского. Их требование было выполнено, но фактически ничего не изменилось. За три года сгорело несколько исторических построек, здания продолжают пустеть и ветшать. Если тогда состояние Выборга можно было оценить как угрожающее, то сейчас оно критическое.

Такой разрухи, как сейчас, в городе не было даже в нищие 1990-е

Местные журналисты винят в происходящем чиновников - мол, те бездействуют, нецелевым образом расходуют выделенные на реставрацию средства. Однако если взглянуть на проблему более широко, станет очевидно, что дело по крайней мере не только в вездесущем российском левиафане, предстающем в обличии подлых и недобросовестных госслужащих.

В Петербурге, скажем, ситуация чем-то похожа, и пока это незаметно только в силу того, что центр северной столицы, в отличие от центра Выборга, очень велик, и даже несколько десятков обрушающихся домов не меняют радикально общей картины. Пока не меняют. Власти озабочены проблемой, последние полгода пытаются пристроить в хорошие руки десяток зданий. Сначала думали передать их под организацию отелей, теперь, видимо, разочаровавшись в предыдущем плане, надеются на креативную молодежь, которая могла бы превратить их в то, что называется арт-пространствами. И тут не только особняки и доходные дома на периферии центра, неопределенна судьба и Конюшенного ведомства, одного из старейших зданий города. Почти нет сомнений, что творческие предприниматели ситуацию не спасут, и если что-то радикально не изменится, то в ближайшее десятилетие или два мы увидим, как самый большой памятник всемирного наследия заметно поредеет.

По всей стране

Новостей о разрушающихся памятниках и целых городах полно со всей России. В Ярославле в опасно плохом состоянии находятся храм Николы Мокрого, в районе которого идет борьба с точечной застройкой, и дом Чернышевых. Интернет неоднократно обходили фотографии разрушающихся столетних деревянных домов из Архангельска - с тонущей в грязи дорогой на переднем плане и жилыми высотками на заднем. Почти ничего не осталось от Ропшинского дворца в Ленинградской области. В Смоленске обвалился фрагмент крепостной стены. В Москве скандалы вокруг сноса исторических зданий следуют один за другим. Этот перечень можно продолжать и продолжать.

Хоть бы нефть стоила и двести долларов за баррель, на все не хватит.

Нельзя ведь при этом сказать, чтобы люди в России были как-то особенно невежественны и равнодушны к истории. Наоборот, в вопросе наследия у нас полный консенсус: западники и крымнашисты, либералы и коммунисты, атеисты и православные равно солидарны в том, что сохранять надо. По всей стране полно общественных организаций, не дающих памятникам пропадать в забвении. Президент считает заботу об объектах наследия важной задачей. Государственная риторика постоянно намекает на традиционные ценности, и, казалось бы, тут-то ситуация с исторической застройкой и должна была бы улучшиться. Что же происходит?

Против наших памятников играют два связанных между собой фактора, один из области экономики, а другой, более важный, мировоззренческий. С первым все понятно. В России довольно высокий уровень инфляции, дорогие кредиты и, значит, деньги имеет смысл вкладывать только туда, где они могут быстро вернуться. Скажем, в высотное строительство жилья. Старая застройка - это почти всегда длинные деньги, в короткой перспективе вложения в нее невыгодны за редким исключением так называемых "элитных" домов в престижных районах. Историческое здание для восстановления требует больше вложений не только денег, но и времени, а к тому же тут неизбежны хлопоты и довольно большие риски по согласованию проекта. Даже когда денег в бюджете очень много, их все равно можно потратить на ограниченное количество ценных объектов - что, к слову, и происходит. Наследия же у нас гораздо больше, чем Кремль и Эрмитаж: есть ценная рядовая застройка, есть провинциальные города, есть пригороды. Хоть бы нефть стоила и двести долларов за баррель, на все не хватит.

Секрет сохранения всего старого прост и сложен одновременно - надо, чтобы в домах жили люди. Наследные владельцы венецианских палаццо, молодежь, которая ремонтирует и сдает в наем туристам квартиры в средневековых кварталах Рима, финны, живущие прямо в крепости Суоменлинна в Хельсинки, хозяева буржуазных венских вилл, построенных сто лет назад знаменитыми архитекторами - они и есть главные стражи истории. Да и один из самых старых домов России, к слову, в Выборге, дошел до нас только благодаря тому, что в нем постоянно кто-то живет. Пока здание используется по назначению, поддержание его состояния становится частью повседневных забот его обитателей и их же ответственностью, так что почти никогда не требует слишком больших единоразовых вложений.

В России же две радикальных смены государственного устройства привели к тому, что вся старая недвижимость меняла хозяев минимум дважды. Искомая непрерывность была грубо нарушена ходом истории. И это оставило отпечаток не только фактический, в виде огромного количества бесхозных пространств, но и в нашем сознании. С одной стороны, мы живем с постоянным ощущением скорого конца света, по меньшей мере, радикального изменения существующего порядка вещей. С другой стороны, катаклизмы повлекли за собой и материальные лишения, современные россияне все еще чувствуют усталость от бытового дискомфорта, и готовность мириться с ним очень невелика.

Секрет сохранения старого прост и сложен одновременно - надо, чтобы в домах жили люди.

Россия так до конца и не переболела тотальной жаждой обновления, захватившей западный мир в XIX веке и сейчас принявшей куда более сдержанную форму. Чтобы она прошла и у нас, на определенном этапе должно было произойти насыщение, а этого не случилось. Из-за этого очевидная схема - отдавать дом надолго в бесплатную аренду или в собственность с условием реставрации - не работает. Под реставрацией понимается то, что человек сможет быстро, за несколько лет, потратить сколько-то денег и усилий, и по возможности так же быстро их вернуть. А это редко возможно.

По-хорошему, это могло бы выглядеть совершенно иначе: кто-то получал бы здание, кое-как восстанавливал бы часть, учился зарабатывать на нем сначала небольшие деньги, потом мог бы приспособить для чего-то еще один этаж и так далее. И двигала бы таким собственником не идея молниеносно успешного проекта, а сознание того, что он им владеет и передаст детям, которые смогут получать небольшой, может, но постоянный доход. А за пять лет действительно гораздо выгоднее заработать на панельных домах на окраинах. Да и жить, положа руку на сердце, многим хочется именно там: трубы новые, потолки не текут. Россияне гораздо меньше, чем, скажем, европейцы, готовы терпеть дискомфорт и вкладывать силы в поддержание не идеального, но постоянного порядка вещей.

Ощущение близкого конца истории в случае с нашими городами исполняет само себя. Варвары, может, и не придут, но дом рухнет. И надежда только на то, что какой-то катаклизм действительно произойдет, и в результате его в России отменят, наконец-то, все начала и концы истории. И тогда мы начнем постепенно, по камушку, чинить наши крепости, церкви и доходные дома. Без ожидания быстрых результатов.

Мария Элькина

Архитектурный критик

Часовая башня Кафедрального собора в Выборге. Фото: Сергей Бертов / Интерпресс / ИТАР-ТАСС

На одной из улиц Выборга. Фото: Павел Бедняков / ИТАР-ТАСС

Выборг. Фото: Роман Храмовник / ИТАР-ТАСС

https://republic.ru/posts/77776

 

Доверь свою работу ✍️ кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.