Мои Конспекты
Главная | Обратная связь

...

Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

И действовать я начну сегодня же, немедленно.





Помощь в ✍️ написании работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Когда лев голоден, он ест, когда орла мучит жажда, он летит к воде. Звери действуют, потому что они хотят выжить. Меня тоже мучат голод и жажда, я жажду успеха, счастья и спокойствия. Но только делом я избавлю себя от бедности, слез жалости к себе и страшных бессонных ночей.

 

Я научился властвовать собой и выполнять свои приказы.

И действовать я начну сегодня же, немедленно.

Глава семнадцатая

Свиток 10

Есть ли среди нас хоть один человек, который, когда постигнет его беда или несчастье, не призвал бы на помощь Бога? Кто не воззовет к Всевышнему, когда встретится с горем, смертью, несчастьем или иным проявлением силы, неподвластной нам и недоступной нашему пониманию? Призыв и мольба — древние, глубокие инстинкты, и никто не знает, откуда пришли они. Но не было еще такого человека, который, столкнувшись со страшным горем, не обратился бы к Богу.

Если ты станешь махать руками перед лицом человека, он заморгает. Стукни по коленной чашечке, и нога дернется. Скажи кому-нибудь страшную новость, и он воскликнет: “О, Господи!”. Почему? Тот же древний инстинкт движет его речью и чувствами. Даже не очень религиозный человек признает, что в тяжкую минуту мы все непроизвольно зовем на помощь Бога. И это — одна из тайн нашей жизни. Все живое, включая человека, в трудный час зовет на помощь. Это — инстинкт. Но зачем дан этот дар нам? Не являются ли наши непроизвольные восклицания своего рода молитвой? Но неужели природа так глупа, что, дав этот инстинкт и зверю, и птице, и человеку, не позаботилась о том, чтобы призыв о помощи, обращенный к высшему существу, не был бы услышан? Отныне я стану молиться, но просить буду только совета. Я не стану просить у Всевышнего материальных благ, ибо я не хозяин, чтобы приказывать своему рабу подать мне то или другое. Я не буду просить ниспослать мне золота или чьей-либо любви, больших побед или мелочных успехов, здоровья или счастья. Только об одном я стану молить Бога — дать мне совет, вразумить меня, как мне следует поступить, чтобы достичь всего, что я хочу. И я уверен — на свою просьбу я получу ответ. Я буду просить Господа указать мне путь, и Он может указать его мне, а может и — нет. Но и во втором случае это тоже ответ на мой вопрос. Если ребенок просит у отца дать ему хлеба, но не получает его, разве это не ответ?

Я стану молиться, испрашивая в молитве совета, как поступить. Молитва моя будет такой:

О, Создатель всего живущего, помоги мне, ибо бедным и одиноким вступаю я в этот мир. И нет руки, кроме Твоей, чтобы повела меня за собой. Веди меня, ибо без Твоей помощи я буду блуждать в потемках и никогда не найду дороги к счастью и успеху.

Не золота и дорогих одежд прошу я у Тебя, также не прошу я и дать мне возможности раскрыть свои способности. Прошу я у Тебя лишь одного — веди меня так, чтобы я мог приобрести по способностям.

Льва и орла Ты научил добывать себе пищу клыками и когтями. Научи же и меня, как охотиться словами и преуспеть с любовью, дабы я стал львом среди людей и орлом в своей работе.

Помоги мне оставаться скромным, ставь передо мной преграды, дабы я не возгордился, но и не отводи от глаз моих тех радостей, что приходят с победой.

Дай мне делать то, что не под силу другим, но веди меня так, чтобы я собрал семена удачи там, где другие не обнаружили их. Нашли на меня страхи, которые станут искушать дух мой, но и дай мне силы преодолеть их и посмеяться над своими несчастьями.

Да не оскудеет рука Твоя; отведи мне дней столько, сколько нужно для достижения успеха, но и помоги мне прожить день сегодняшний так, словно он — мой последний.

Веди меня в речах моих так, чтобы они приносили мне плоды успеха, но если я захочу посрамить или унизить кого-нибудь, то сомкни уста мои.

Дай мне силы и упорства и научи меня, как мне обратить в свою пользу закон средних величин. Награди меня деловым чутьем, дабы я смог увидеть свои возможности, а также терпением и умением концентрировать свои силы.

Отведи от меня дурные привычки, а добрые сделай моим поведением. Дай мне сострадания к больным и слабым, пошли мне страдания, дабы я узнал, что все проходит, но даруй мне на сегодня милость свою.

Сделай так, чтобы меня ненавидели, но мою чашу наполни любовью, чтобы я мог дать ее ненавидящим меня и сделать их своими друзьями.

Если хочешь, сделай так, как я прошу Тебя. Я — малая из виноградин в саду Твоем, но по воле Твоей я отличаюсь от других. Воистину я достоин того положения, к которому стремлюсь. Так веди же меня.

Помоги мне. Господи, укажи путь.

Дай мне выполнить все те планы, что Ты возложил на меня, когда дал созреть виноградине моей в саду Твоем.

Господи, помоги мне, ничтожному торговцу. Веди меня!

Глава восемнадцатая

И было так. Хафид одиноко сидел в одной из комнат своего дворца, ожидая того, кому следовало прийти за свитками. Никого, кроме старого слуги Эразмуса не осталось с Хафидом. Шло время. Зимы сменялись веснами, на смену им приходило лето, за ними шли зимы, затем круговорот повторялся снова и снова. Старость брала свое. Хафид уже редко выходил за пределы дворца, все больше сидел в саду.

Он ждал. После раздачи всего своего сказочного богатства, Хафид ждал три года.

И вот однажды с востока, со стороны пустыни в городе появился странник. Невысокий, прихрамывающий человек вошел в Дамаск и никого ни о чем не спрашивая сразу же направился к дворцу Хафида. Стоявший у ворот Эразмус, всегда являвший собой образец учтивости, окинул пришельца подозрительным взглядом.

— Я хотел бы поговорить с твоим господином, — вежливо склонив голову, сказал странник.

Неприглядная внешность его не располагала к вежливому обхождению. Сандалии пришельца были порваны и перевязаны бечевкой, ноги — в ссадинах и порезах. Одет он был в грубую накидку из верблюжьей шерсти, выцветшую, и во многих местах залатанную. Длинные волосы незнакомца выгорели под палящими лучами солнца, лицо огрубело от зноя. И только светлые глаза его горели странным огнем, словно изнутри человека шел яркий свет.

Эразмус недоверчиво разглядывал пришельца.

— Что тебе нужно от моего господина? — спросил он наконец. Странник поставил на землю тощий холщовый мешок и простер руки к Эразмусу.

— Не гневайся на меня, добрый человек, — взмолился он. — Я не сделаю твоему господину ничего худого. Я — не разбойник и не нищий, мне не нужно подаяние. Мне необходимо встретиться с твоим господином и сказать ему то, что он хочет услышать. И если мои слова оскорбят его слух, я тотчас же уйду.

Эразмус медлил. Однако речь незнакомца свидетельствовала, что он человек вежливый и образованный, и Эразмус решил впустить его.

— Иди за мной, — сказал он и прошел во дворец. Гость, прихрамывая, устало плелся за ним.

Пройдя в сад, Эразмус увидел Хафида. Тот дремал. Эразмус несколько раз тихонько кашлянул, и Хафид открыл глаза.

— Прости меня, мой господин, — заговорил Эразмус, — но какой-то человек пришел поговорить с тобой.

Хафид приподнялся и перевел взгляд на путника, стоявшего позади Эразмуса. Тот низко поклонился и заговорил:

— Прежде всего, скажи мне, ты ли тот, кого называют величайшим торговцем в мире? — вдруг спросил он.

Хафид нахмурился и медленно кивнул.

— Да, так меня когда-то называли. Но я уже много времени не так велик, как ты думаешь. Что тебе нужно от меня?

Гость выпрямился и с достоинством посмотрел на Хафида. Внезапно он пошатнулся, но устоял. Видимо, долгий путь отнял у него много сил. Глаза на измученном лице странника загадочно блеснули.

— Меня зовут Савл. Я возвращаюсь из Иерусалима в свой родной город Тарc. Пусть тебя не смущает моя одежда, я — не разбойник с большой дороги и не попрошайка. Я — гражданин Тарса и гражданин Рима. По рождению я — еврей, принадлежу к школе фарисеев, а происхожу из колена Вениаминова. Когда-то я был мастеровым, но затем обучался под руководством великого Гамалиила. Некоторые называют меня Павлом.

Говорить страннику было очень трудно, усталость заострила его черты, и временами он тяжело переводил дух. Хафид понял, что совершил оплошность, не предложив путнику сразу присесть, и извинился:

— Прости меня, странник. Можешь присесть.

Павел благодарно кивнул, но, несмотря на приглашение, остался стоять.

— Я пришел к тебе не за подаянием, а за советом и помощью, которые только ты можешь мне дать, — продолжал он. — Но прежде позволь мне рассказать тебе, как получилось, что я попал в Дамаск.

Эразмус, глядя на хозяина, энергично замотал головой, но Хафид сделал вид, что не замечает красноречивого жеста слуги. Внимательно оглядев странного гостя, он неторопливо кивнул, разрешая тому начать свой рассказ.

— Я слишком стар, чтобы смотреть на тебя снизу вверх, — проговорил Хафид. — Поэтому сядь, и я выслушаю тебя.

Павел поставил на землю свой мешок и присел у кровати Хафида. Тот молча продолжал рассматривать пришельца.

— Четыре года тому назад, ослепленный многолетним изучением ложных истин, я стал свидетелем того, как в Иерусалиме побили камнями святого Стефана. Синедрион приговорил его к смерти только за то, что он возводил хулу на бога иудеев.

Хафид удивленно вскинул брови.

— А какое отношение к этому имею я? — спросил он.

Павел вскинул руки.

— Успокойтесь, ровным счетом никакого. Но, не упомянув об этом, я не могу продолжить своего повествования. Стефан был последователем учителя по имени Иисус, которого за год до гибели Стефана римляне объявили государственным преступником и распяли на кресте. Вся вина Стефана состояла в том, что он называл Иисуса мессией, о приходе которого в мир возвещали еврейские пророки. И еще Стефан говорил, что еврейские учителя, сговорившись с римлянами, сознательно послали на смерть сына Божьего. Такие речи считались преступными, и сказавший их подлежал наказанию смертью. И в этом деле я был не только свидетелем, но и участником. В то время я был молод и религиозен. Я был таким ярым сторонником нашей веры, что мне поручили взять с собой войска, прибыть в Дамаск и уничтожить всех последователей Иисуса. Это было несколько лет тому назад.

Эразмус удивленно посмотрел на Хафида и удивился тому интересу, с каким тот слушает бессвязный, по мнению старого слуги, рассказ наверняка безумного странника. Тогда таких много шаталось по дорогам Востока. Странник замолчал, и в саду повисла тишина. Некоторое время Эразмус слышал даже, как плещется вода в фонтане, пока Павел снова не заговорил:

— И вот, когда я подъезжал к Дамаску, замышляя казни последователей Иисуса, придумывая, какими пытками я смогу заставить остальных забыть о нем, мне было видение. Помню, что вначале неведомая сила повалила меня на колени, а затем я услышал голос: “Савл, Савл, за что ты гонишь меня?”, — говорил он мне. — “Кто ты?”, — спросил я, и голос ответил: “Я — Иисус, которого ты преследуешь. Теперь встань и иди в Дамаск, и там скажут тебе, что нужно делать”. Я поднялся, но не мог ничего видеть, ибо я ослеп. Меня под руки повели в Дамаск, где я три дня оставался в доме одного из последователей распятого. Все три дня я обходился без воды и пищи. По истечении этого времени ко мне пришел Анания, который сказал мне, что ему было видение. Затем он приложил ладони к моим глазам, и я прозрел. Только после этого я смог принимать пищу, и вскоре силы вернулись ко мне.

Неожиданно Хафид наклонился вперед и спросил.

— И что же случилось потом?

— Меня привели в синагогу, но мое присутствие среди последователей Иисуса напугало их, ведь они были наслышаны о том, как я преследовал их сторонников. Но, тем не менее, я молился вместе с ними, и мои слова успокоили их, потому что я называл Иисуса сыном Божьим. Однако были среди них и те, кто считал, что я нарочно послан к ним, чтобы запомнить их и позже предать мучениям. Трудно мне было убедить всех в том, что я искренно уверовал во Христа, поэтому многие замышляли убить меня. Я был вынужден бежать и вскоре вернулся в Иерусалим. В Иерусалиме повторилось то же самое. Практически никто из последователей Иисуса не желал признавать меня своим и, несмотря на то, что им стало известно о моей молитве в синагоге, все сторонились меня. И как бы я ни молился, сколько бы ни говорил об Иисусе, все было напрасно — меня никто не слушал. Так я бродил один, пока однажды не пришел в храм и там, в торговых рядах, где продаются птицы и ягнята для жертвы, снова не услышал тот же голос.

— И что он сказал тебе на этот раз? — спросил Эразмус, не менее своего господина заинтересованный таинственным рассказом незнакомца. Тот встревоженно посмотрел на слугу. Хафид улыбнулся и кивнул, разрешая продолжить рассказ.

— Он сказал мне так: “Четыре года ты проповедуешь слово Божие, но нет в тебе света. Даже слово Божие нужно предлагать людям, словно при продаже, иначе никто не услышит тебя. Не говорил ли Я притчами, дабы все поняли смысл Моих слов? Рваной сетью не уловишь много птиц. Возвращайся в Дамаск и найди того, кого называют величайшим торговцем в мире. Скажи ему, что ты собираешься нести в мир Мое слово, и он научит тебя, как это нужно делать”.

Хафид бросил быстрый взгляд на Эразмуса, и старый слуга почувствовал в глазах хозяина немой вопрос. “Неужели этот оборванный странник и есть тот человек, которого мой господин ждет столько лет”, — мелькнула у него мысль.

Хафид положил руку на плечо Павла и произнес:

— А теперь расскажи мне, кто такой Иисус.

Павел заговорил так, словно в него влились свежие силы. Он рассказал Хафиду и об Иисусе, и о его короткой жизни. Он говорил и о том, как долго ждали евреи пришествия мессии, которое предсказывали пророки. Он рассказал и о том, какие надежды народ связывал с его появлением. Все думали, что мессия придет, чтобы объединить евреев и построить новое царство, счастливое и процветающее. Рассказал он и об Иоанне Крестителе, и о том, как вслед за ним явился Иисус. Долго Павел говорил о совершенных Иисусом чудесах, его проповедях, многочисленных исцелениях тяжело больных людей и даже о воскресении из мертвых. С гневом рассказал Павел о менялах и торговцах, изгнанных Иисусом из храма. Затем он рассказал о распятии, погребении и воскресении Иисуса. В заключение, словно придавая особый смысл и реальность своему рассказу, он потянулся к стоявшему у его ног мешку, торопливо развязал тесемки и достал красную плащаницу.

— Посмотри, господин, — взволнованно проговорил Павел, разворачивая ее перед потрясенным Хафидом. — Вот это — одежда Иисуса. Все, что у него было, даже саму свою жизнь, он отдал миру. Когда он умирал на кресте, римские солдаты бросали жребий, споря, кому из них достанется эта плащаница. Много времени и средств я потратил, чтобы выкупить ее.

Хафид побледнел. С трепетом дотронулся он до плащаницы, обагренной пятнами крови. Эразмус, видя, как разволновался его господин, встревожился и подошел поближе. Хафид продолжал перебирать в руках ткань, пока не увидел у кромки знакомые знаки Толы и Патроса.

С удивлением Павел и Эразмус наблюдали, как старый торговец поднял плащаницу и, склонив голову, прижался к ней лицом. Из многих тысяч других он узнал бы эту, свою первую плащаницу. А сколько таких прошло с тех пор через его руки!

— Расскажи мне, что известно о рождении Иисуса, — прошептал Хафид, обращаясь к Павлу, пораженному его волнением.

— С немногим он покинул наш мир, но с еще меньшим пришел в него. Что касается его рождения, известно, что он родился в пещере, недалеко от Вифлеема, в годы правления императора Тиберия.

Хафид улыбнулся, и улыбка его оказалась по-детски счастливой. По морщинистым щекам Хафида потекли слезы. Смахнув их, он произнес:

— А не появилась ли в момент рождения Иисуса необычайно яркая звезда? Такая, какой не видел ни один из живущих?

Павел раскрыл рот от изумления. Он попытался ответить, но так и не смог ничего сказать.

В молчании прошло несколько минут. Затем Хафид поднял руку и подозвал к себе Эразмуса.

— Мой старый и верный друг. Иди в башню и принеси тот сундучок. Наконец-то мы с тобой дождались моего преемника.

Отзывы

«Величайший в мире торговец» — одна из самых вдохновляющих и увлекательных книг, которые я когда-либо читал. Мне понятно, почему она получила такое блестящее признание ".

Доверь свою работу ✍️ кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.